Логотип LiveLibbetaК основной версии

Рецензия на книгу

Камера обскура

Владимир Набоков

  • Аватар пользователя
    RickettsServanting15 октября 2019 г.

    Эх, Владимир Владимирович, что же Вы творите? Почему простая история супружеской измены читалась подобно триллеру? Не потому ли, что демоны внутренние оказались страшнее всего того, что может таиться в самых темных закоулках внешнего мира? И говорю даже не о Кречмаре. Проживший всю жизнь словно в полусне в тиши семейного гнезда, впервые столкнувшись с бурей страстей, он оказался столь же невинен и беззащитен, как, вероятно, на его месте была бы и сама Аннелиза. Кто-то бы назвал его жизнь размеренной и спокойной, но читатель скорее назовет ее пустой. Такие люди рождаются, живут и умирают, не оставляя в мире о себе ни какого следа. Трудно ему сочувствовать. И на фоне Кречмара появившаяся Магда поначалу кажется по-настоящему живым человеком.

    С детства не знающая ни любви, ни достатка, она сумела построить свою жизнь, став содержанкой. По-своему честный способ получить кров, еду и новое платье, особенно в тот век, когда женщины все еще очень ограничены в обществе. Увы, такая жизнь, да еще с ранних лет, сделали ее способной думать только о себе. И ничто, ни законная жена, ни даже умирающая дочь не могли вызвать ее сочувствия.

    Жалостливый читатель скажет, что Магду сделало такой само порочное общество, не оставившее шестнадцатилетней девушке иных средств к существованию. Но никто не сможет найти ни единого слова оправдания для Горна. Познавший в жизни славу, любовь и богатство, этот человек готов делать подлости просто ради искусства. Сцена его издевательства над беспомощным Кречмаром настолько же отвратительна, насколько и пугающа. Горн готов был унижать соперника раз за разом, с той жадностью, с какой голодающий набрасывается на кусок хлеба. И этот человек ненасытен. И то, как он голый, не смущаясь, ходил перед слепым зрителем, показывает, насколько низко в глазах Горна пал его соперник. И вот самое сердце книги, ее кульминация: нагой человек, наслаждающийся своей победой над беспомощным калекой.

    6
    676