Рецензия на книгу

• 

  JackieReed4727 сентября 2019 г.

  Шедевр XXI века

  Джонатан Литтелл задумался о написании книги в конце 80-х. Сын известного автора детективных романов, американец французского происхождения, полиглот и политический журналист, Литтелл совершил невозможное – создал уникальное произведение, не имеющее аналогов на мировом рынке.

  В 2006 году исторический роман «Благоволительницы» был радостно встречен публикой, хотя и подвергся критике некоторых читателей, воспринявших описываемые события болезненно. Литтелл выиграл Гонкуровскую премию за 900-страничную книгу, наглядно демонстрирующий ужас и страх второй мировой.

  Однажды я перечитаю эту книгу, а пока расскажу, как история ненадежного рассказчика может изменить вашу жизнь, если вы все-таки решитесь достать с полки пухлый томик Литтела.

  1. Тренировка эмпатии к антигерою и толерантности

  Максимилиан Ауэ сочетает в себе все возможные качества, презираемые и отрицаемые пуританским обществом, – офицер СС, фашист, гей, влюбленный в сестру-близняшку, склонный к депрессии и рефлексии; всего лишь винтик в отточенной системе Третьего Рейха.

  Он принимает непосредственное участие в карательных операциях, описывает делопроизводства, испытывает стыд и нравственные страдания. Такая простая мысль не даст покоя уже в первой главе – желание понять человека-монстра, простое осознание, что фашисты – тоже люди, а война – бессмысленная и беспощадная. Только проникнув в сознание убийцы можно получить некий познавательный опыт, а значит во время чтения придется либо на некоторое время отринуть осуждение, что весьма непросто.

  2. Переосмысление войны

  Война – не повод для гордости, и не тема для спекуляции. Насилие не может быть оправдано; кровь и несправедливость повсюду, со всех сторон. Нет правильных и неправильных людей, это гигантская мясорубка, пожирающая все на своем пути.

  Расстрел евреев в Бабьем Яру, казнь партизанки (Литтелл читал о Зое Космодемьянской, но перенес действие в Харьков), Сталинградская битва – обо всех событиях автор пишет беспристрастно, местами скупо, - остается упрямая констатация фактов. Удивительно, но подобный нарратив производит взрывной эффект – отсутствие эмоционального давления, детализированность жестокости заставляет задыхаться, упрямо переворачивать страницы и ждать смерти, быть к ней готовым. Подобное чтение не может оставлять равнодушным за счет исключительного умения Литтела, а главное, его бесстрашия.

  Отдельным пунктом поставим размышления о сущности идеологий большевизма и Третьего Рейха, объединение на основании истребления людей в соответствии с принятым законом. Евреи, цыгане, душевнобольные – с одной стороны; кулаки, буржуазия, партийные уклонисты – с другой.

  
  Я старался показать вам, что наши идеологические системы одинаково функционируют. Но содержание разное.
  

  3. Эротизм

  Секс для героя – это попытка в первую очередь абстрагироваться от происходящего. Откровенные сцены садизма, инцеста, гомосексуальных актов прерываются рассуждениями о шаткости любовного чувства, воспоминанием о человеке, который навсегда остался в памяти.

  
  На этом свете я люблю лишь одну особу, и пусть она не со мной, мне этой любви вполне достаточно.
  

  Подобная двойственность персонажа учит начинающих автором двум вещам: четкого обозначения психологической мотивации героев, прорисовки внутреннего мира, и умению рассказать о стыдных вещах просто и увлекательно, но с привязкой к сюжету и раскрытию основной идеи.

  4. Страх и ненависть в одном флаконе

  Убивать с яростью от осознания человечности. Одно из немногих произведений, позволяющее заглянуть в душу карателей. Как можно вынести подобную жестокость и сохранить разум? Злодеи – не маньяки и уникумы, это люди с нарушенной психикой. К таким последствиям неизменно приводят внешние события, нельзя просто забыть о причинно-следственных связях.

  Дети – главные пострадавшие. На страницах романа они появляются часто как предвестники необратимых изменений и нового пика насилия. Мальчик на пиру, близнецы, девочка-еврейка, о которой попросили «позаботиться» – символы истребляемой жизни.

  
  Добро и зло – категории, которые помогают оценивать результат воздействия одного человека на другого, но они совершенно неприемлемы, чтобы делать выводы о происходящем в человеческой душе.
  

  5. Радость для филолога

  Настоящее литературное раздолье; по «Благоволительницам» можно изучить мировое наследие. «Герой нашего времени» Михаила Лермонтова соседствует с Софоклом, Ницше, Сартром (как иронично отзывался главный герой о пьесе «Мухи», в основе которой лежит миф о нем самом) и Флобером («Воспитание чувств» – еще один пункт из списка чтения Ауэ). Наблюдаются аллюзии на «Войну и мир» (сравнение по масштабу и размаху) и «Преступление и наказание» из-за убийства и психологизма (так герой оставляет топор на кухне и не пускает его в ход).

  При этом текст написан хлестко и прямо; здесь нет метафорических заигрываний и нестройного контекста.

  Селин, Стендаль, Берроуз – Литтелл проделал удивительную работу, дирижируя познаниями культурного пласта европейской культуры. Для подобных романов такой подход редкость, что делает «Благоволительниц» если пособием по поиску литературных отсылок для искушенного читателя.

  Стоит отметить неизбежные параллели между русскими поэтами и героем Литтела. Блок писал о Пушкине: «Его убила вовсе не пуля Дантеса. Его убило отсутствие воздуха». Максимилиан Ауэ вторит этим словам:

  
  Я тоже страдал от отсутствия воздуха, но солнце шашлык и веселая доброжелательность Фосса, вдруг позволили мне вздохнуть свободно.
  

  6. Физиологические подробности

  Герой теряет кровь, прячется в туалете, занимается сексом. Он живой, насколько возможно, и такие подробности (описанные прямо и без уверток) – лишь часть достоверности литературного произведения.

  У многих текст способен вызвать отвращение, но именно такой реакции Литтелл и ожидает; такая вынужденная необходимость для прямого воздействия на защитные блоки читателя, его стыда и стеснения. В конце концов, это всего лишь литература, но она помогает вглядываться в явления, которые нас пугают и которых принято избегать.

  7. Рефлексия и самоанализ

  
  Жизнь слишком прошлась по моих юношеским мечтам, а на пути из одного конца Германии в другой уничтожила страхи. Война опустошила меня, остались только горечь и боль.
  

  Максимилиан нуждается в размеренности и покое, его психика искалечена. При этом герой остается внимательным рассказчиком; он фиксирует не только развал мира вокруг, но и занимается исследованием самого себя, своих реакций и прошлого.

  Депрессия, самоирония, боязнь говорить – со всем этим герой неизбежно сталкивается, спускаясь в личный ад, наполненный страхами и болезненными воспоминаниями.

  
  Именно в этом и заключается различие между слабыми и теми, кого называют сильными. И первых, и вторых мучает тревога, страх, сомнения, но слабые все осознают и страдают, а сильные пытаются ничего не замечать и ополчаются на слабых, чья очевидная уязвимость угрожает их шаткой уверенности в себе.
  

  8. Абсурд

  Ранение в голову, открытие третьего глаза, полет на вертолете в Сталинград и обратно, укус Гитлера в бункере – Литтелл умело фиксирует пошатнувшееся восприятие героя. Его цель – наглядно продемонстрировать как защитные механизмы человека пытаются спасти сознание, вернее, остатки сознания.

  9. Размышление о России

  Джонатан Литтелл предпринимал поездку в Чеченскую республику, зафиксировал впечатления и написал книгу. Для работы над художественным романом он также путешествовал по городам России, занимался тщательными исследованием исторического контекста. Такой не поверхностный интерес к русской истории только добавляет плюсов «Благоволительницам» – читатель размышляет, думает и хочет узнать больше.

  
  Коммунизм – маска, натянутая на прежнее лицо России. Ваш Сталин – царь, Политбюро – бояре и аристократы.
  

  Рабское мышление населения, отсутствие попыток к сопротивлению в ответ на давление властных структур – все это остается актуальным по сей день.

  
  Русский, вечно униженный, избавляется от собственной неполноценности, идентифицируя себя с абстрактной славой России.
  

  Простой человек корчится от боли и унижения, отдавая последние деньги. Задача власти - не помочь гражданину, а еще больше его обобрать, заставить почувствовать себя ненужным и одиноким– на подобные размышления наталкивает острая проблематика книги.

  Если немцы прилагали немало усилий, чтобы избавиться от гнетущего прошлого с помощью радикальных мер, то русские полагаются на прошлые достижения, цепляются за них. Такие пути невыгодные и страшные, но тем не менее никакого баланса быть не может.

  «Благоволительницы» – уникальный роман о страданиях человека и боли, которую он способен вынести. Вряд ли его способен прочитать каждый, и не думаю, что каждому это необходимо. Но для меня эта книга оказалась первой в стопке произведений, оказавших столь сильное влияния.

  В сентябре переиздание книги вышло в издательстве «Ad Marginem». Пожалуй, это достойный повод для ознакомления, кроме того в новой версии восстановлены пропущенные эпизоды первой версии.

  17

  1,9K