Рецензия на книгу

Мир глазами Гарпа

Джон Ирвинг

mmarpl18 сентября 2011 г.
Терминальное состояние

«Смерть,... похоже, не любит дожидаться,
когда мы будем готовы встретиться с ней.
Хотя смерть достаточно снисходительна и,
когда это возможно, развлекается, устраивая
всякую театральщину вместо обычной кончины».
Д.Ирвинг

Это роман не о жизни. Это роман о смерти. Эпилог напоминает захаровское "в общем, все умерли".
Но отложить этот роман, если ты уж начал, нельзя, как нельзя встретиться со смертью, не прожив своей жизни. "Мир глазами Гарпа". Джон Ирвинг.

После завершения каждого эпизода думаешь, что дальше рассказывать не о чем. Кажется, и так уже побывал на грани. Тот самый "терминальный случай", о котором и следует писать романы, по словам главного героя. Между жизнью и смертью. У Ирвинга, скорее, между смертью и жизнью. Между абсурдом и реальностью. Между разочарованием и надеждой. Между нет и да. Автор тащит тебя вперед. Как в "больших стихотворениях" Бродского - попробуй, дальше, дальше. Только Бродский разворачивает метафору, Ирвинг во все стороны расстилает ковры сюжетов и ситуаций, на каждом из которых выткана история чьей-то смерти.
История семьи, рождения, жизни и смерти Гарпа, писателя, отца, мужа, любовника, учителя, наставника, творца и разрушителя. Все, что создано в его жизни, создано им. Все, что разрушено, разрушено им же. Его вечным страхом, Подводной Жабой вечной тревоги, которая возникает не на пустом месте - в мире, где люди не могут жить в любви и покое. Мир тихо сходит с ума от бесконечного насилия: политика, власть, деньги, "плотское вожделение", зависть, ненависть. Даже желание защитить оборачивается войной, бедой, смертью.
Гарп строит свой мир - крепость любви и покоя. Но он всего лишь человек, и спрятаться от мира, укрыть своих детей от беды он не может. "Нет идей невоплощенных". Похоже, что воображение писателя моделирует абсурдные ситуации, а услужливый мир торопится облечь их в реальную плоть. И кровь. И смерть. Так затейливо, так непринужденно, что оторваться невозможно.
Гарп пишет свою жизнь сам. И жизнь его похожа на роман, который, по его словам, сам похож на "попытку всех и навсегда сохранить живыми. Даже тех, кто в конце романа обязательно должен умереть! Их-то как раз и важнее всего сохранить живыми». Но мир отказывается понимать. И когда Гарп умирает, все сбывается по его словам, по словам той воображаемой предсмертной записки, которую он писал на случай самоубийства: «В последний раз вы, идиоты, меня не поняли!»
Не поняли, не захотели, потому что все вечно борются против всех за права, за места, за правду, за убеждения, а получается, за смерть.
И забывают, “насколько окружающий мир должен быть нежен и тих, чтобы" все были живы.
4
44