Рецензия на книгу
Яма
Александр Куприн
noctu8 августа 2019 г.Безысходность по Куприну
Давно уже не читала ничего классического и русского, так что пробрало меня не по детски. Такая тошниловка и полная безнадега, конечно, этот мир Ямы с приходящими туда людьми, с испарениями тел, с миазмами мыслей. Сюжетная линия не совсем ровная, порой ткань истории как бы прорывается как на изношенной юбке уличной проститутки и встают на свободные места заплаты актуальных для той поры мыслей.
Интересно, что сочувствие автора на стороне жительниц Ямы, но не их обладателей и обладательниц. Не вздымается в благочинном жесте рука автора, чтобы перекрестить этих женщин, а наводит лупу на больное место города, чтобы показать его разнообразие и узоры. С каким-то холодным любопытством Куприн выводит этот мир и макает нас в него, аккуратненько придерживая волосы.
Действие повести разворачивается в безликом южном городе, типичном городе русской стороны. Большая и Малая Ямские улицы, которые существуют во всех старорусских сторонах, пожалуй, становятся средоточием ночной жизни города в своем проявлении изнанки жизни, которую так красиво прятали на остальных улицах в респектабельных домах. Мир Ямы кажется темной подложкой под реальный мир, празднующий тысячелетие лавры, размякающий под южной жарой и утопающий в запахах летнего города. Где-то там по улицам ходят люди, имеющие возможность хотя бы как-то приподнять себя над прозой жизни, что недоступно жительницам Ямы, живущим по особым ритмам ночных бабочек. Желтый билет приобретается в один конец. "Яма" кажется срезом эпохи с торговлей женщинами, с бизнесом выделений, с тяжелым положением и зависимостью от мужчин, с пышно цветущей коррупцией и бесконечным веком разврата с мерзким послевкусием и стыдливо прикрытыми личиками дам. Студенты толкают речи про развитие и воспитание каждой особи человеческой, но при этом идут в ту же самую Яму для удовлетворения потребностей.
"Яма" не без противоречий - здесь есть восхитительные по силе удара под дых эпизоды, но рядом с ними могут ютиться абсолютно жалкие кусочки мелодрамы, режущие глаз. Образ Жени (она же Сусанна Райцына, ага), например, явный тому пример. Со своим умом и злобой против мужчин и несправедливости жизни она бы могла пойти далеко, как то советовала ей подруга по несчастью, но выгорела и закончила свои дни мелодраматической ноткой в клозете. Любовная линия с Любочкой, Лихониным, "спасавшим ее", и Соловьевым тянет на грошовый водевиль. А есть еще Симеон, Тамара, Эмма Эдуардовна - типажи те еще, но затмевает их, конечно, Тамара, показавшая всем дулю в конце, хотя ничего это не предвещало.
Мне кажется, что в репортере Платонове, единственном адекватном персонаже, Куприн вывел сам себя, выражающего свою точку зрения на всю проблему. Сам Куприн, по свидетельствам современника Чуковского, пропадал с проститутками, изучая их жизни в порыве запечатлеть Яму такой, какой она была на самом деле. Это-то и позволяет, наверное, так ярко описывать тот мир, что после окончания этой беспросветной книги трудно избавиться от ощущения безнадеги и тяжести на груди.
311,2K