Логотип LiveLibbetaК основной версии

Это бета-версия LiveLib. Сейчас доступна часть функций, остальные из основной версии будут добавляться постепенно.

Рецензия на книгу

Отцы и дети. Накануне

Иван Тургенев

  • Аватар пользователя
    Egor_Monakov2 августа 2019 г.

    Философская бездна или жизнь сворачивает шею самым лучшим.

    Что уж тут рецензировать, когда и так ясно - гениальный Тургенев писатель. Герои его по большей части несчастны, неуместны, не нужны никому.
    Словно забросил их господь этаких сильных да умных в темное и тупое времечко, да и посмеивается, глядя, как они себе лоб расшибают. Вот Инсаров, например такой, да и Базаров тоже.
    Это одного поля ягоды. Характерные личности. Гении какие-то не расцветшие. Но гении сгорают быстро. Это мы знаем. Клуб 27 и все такое прочее. Живут долго люди посредственные, срединные, серые. Это Тругенев не раз на страницах своих книг подмечает.
    "Я поднял голову и увидал на самом конце тонкой ветки одну из тех больших мух с изумрудной головкой, длинным телом и четырьмя прозрачными крыльями, которых кокетливые французы величают "девицами", а наш бесхитростный народ прозвал "коромыслами". Долго, более часа не отводил я от нее глаз. Насквозь пропеченная солнцем, она не шевелилась, только изредка поворачивала головку со стороны на сторону и трепетала приподнятыми крылышками... вот и все. Глядя на нее, мне вдруг показалось, что я понял жизнь природы, понял ее несомненный и явный, хотя для многих еще таинственный смысл. Тихое я медленное одушевление, неторопливость и сдержанность ощущений и сил, равновесие здоровья в каждом отдельном существе — вот самая ее основа, ее неизменный закон, вот на чем она стоит и держится. Все, что выходит из-под этого уровня — кверху ли, книзу ли, все равно, — выбрасывается ею вон, как негодное. Многие насекомые умирают, как только узнают нарушающие равновесие жизни радости любви; больной зверь забивается в чащу и угасает там один: он как бы чувствует, что уже не имеет права ни видеть всем общего солнца, ни дышать вольным воздухом, он не имеет права жить; а человек, которому от своей ли вины, от вины ли других пришлось худо на свете, должен по крайней мере уметь молчать."

    И.А. Тургенев "Поездка в Полесье"

    И жалко их ведь безумно. Но что поделать, когда и все и ум есть и сила, а применить ее не получится, умирать молодым приходится, так ничего и не сделав.
    Женщины, может быть в этом виноваты? Возможно.
    Инсарову вроде повезло с дамой сердца. А вот Базарова накрыла циничная дамочка. Переигравшая его в нигилизме начисто. Разбередила, да и отшвырнула, как надоевшего котенка.
    Вот и стал чахнуть Базаров, словно надломился. Будто это была роковая черта. Нокаут, после которого уж не суждено подняться. И это ерунда, что он случайно умирает. Это лишь вишенка на тортике. Тут человек почву потерял под ногами. Именно вот это пресловутое "Nihil" у него из под ног выбили. Он и провалился. А возлюбленная его, ничего жить продолжила, опять выскочив замуж по расчету, в надежде, что со временем может и полюбит.
    Я не хочу тут останавливаться на проблеме "Отцов и детей". Оно вдоль и поперек уже исхожена. А хочется разобраться в психологии молодых героев.
    Это интересная тема для размышлений.
    Очень уж тут темновата Одинцова получилась да и сестрица ее.
    Что-то хтоническое в них проскальзывает, разрушительно-черное, Астартовое.
    Уж не влияние ли женщин Достоевского здесь? С другой стороны, женщины в романе показаны Тургеневым и так, что и их нельзя ни в чем упрекнуть. Ну вот, среда такая. Что требовать самозабвения любовного от Одинцовой, которая пол жизни маялась, черпнула невзгод и теперь вся такая холодная. Откуда же любви взяться? Тут уже гранитный камушек в груди, а не сердце. Да, Тургенев нам походя, показал нескольких женщин в романе, Одинцову, ее сестру, которая в конце "подмяла" под себя Аркадия, еще на свиданиях думая про него "быть тебе у моих ножек", а затем Кукшину, женщину уж совсем свободных взглядов.
    И как контраст, женщина прошлого - мать Базарова. Вот и тут "Матери и дети" - пропасть меж ними. На первый взгляд. Старость их примирит.
    Бездна философская эти "Отцы и дети".
    Великая книга.

    6
    681