Рецензия на книгу
Пробуждение
Гайто Газданов
Unikko9 июля 2019 г.На днях я посмотрела сериал "Годы" ("Years and Years"), и удивительным образом современный британский сериал оказался созвучен повести Гайто Газданова, написанной в 1965 году. На разном художественном и философском уровне авторы "Years and Years" и русский писатель-эмигрант призывают к одному и тому же: пробуждению Человеческого в человеке. С развитием средств распространения информации и появлением глобальных медиа (а, возможно, не только поэтому) люди стали воспринимать все события, происходящие в мире, в том числе "бытовые" и аполитичные, как часть политического процесса. История стала политикой. Принимают решения и несут ответственность за всё происходящее в мире абстрактные представители государственной власти ("система"), у рядовых граждан сохраняется право голосовать или протестовать. История мира больше не трактуется как человеческая история, история конкретных людей, чьи индивидуальные или совместные усилия и приводят к событиям, именуемым "историческим процессом". Гайто Газданов называет такое явление "тенденцией нивелирования человека".
Уже в наши дни трудно представить себе появление Софокла, Леонардо да Винчи, Шекспира, - не потому, что больше не может быть таких гениев, а оттого, что для современной цивилизации характерна тенденция нивелирования человека. История человечества - это история преступлений и подвигов, это Библия, это Аттила, это Иоанн Грозный, Наполеон, зловещие призраки, время которых кончилось... Мы вступаем в эпоху торжества среднего человека, когда десятки миллионов людей будут жить совершенно одинаковой жизнью, в одних и тех же условиях и даже внешне станут похожи друг на друга, как это наблюдается уже теперь в некоторых промышленных центрах земного шара. Посмотрите на этого среднего человека, и вы убедитесь, что в его жизни не будет ничего неожиданного, ничего чрезвычайного, ничего выдающегося - он не способен ни на преступление, ни на героизм, ни на крайнюю подлость, которая могла бы его отличать от других, ни на великодушие, которое могло бы сделать его не похожим на современников.От среднего человека ничего не зависит. Более того, на примере матери Пьер видел как "целая человеческая жизнь, со всеми ее возможностями, воспоминаниями, иллюзиями и надеждами" и вовсе может быть сведена к унылому существованию: как сэкономить, где купить продукты подешевле, что приготовить на завтрак, обед и ужин, готовка, уборка квартиры и всё.
Она натирала полы, мыла окна, готовила, стирала, чистила овощи, выносила мусор, шила, вытирала пыль, и когда наконец казалось, что сделано решительно все, она садилась в свое твердое кресло и начинала вязать. Но, кроме этого, ее ничто не интересовало, и у нее никогда не было даже желания прочесть газету. Когда они бывали всей семьей в кинематографе, раз в неделю, она была не способна сосредоточить свое внимание на фильме, который показывался, это ее только утомляло...Но и сам Пьер в глазах своего друга Франсуа - средний француз "и по своему внешнему облику и по своей профессии" (Пьер бухгалтер), ведущий незначительную и бессмысленную жизнь. Впрочем, и журналист Франсуа из тех же средних людей, "унылый гость на тусклой земле". Однако когда безумную Мари встречает Франсуа, всё, что он может сделать, приносить ей еду, потому что не уверен, существует ли человеческая возможность ее спасти (среднечеловеческая уж точно нет). А встреча Пьера и Мари доказывает: не стоит сбрасывать со счетов силу человеческих чувств. Правда, Газданов пишет о любви и сострадании, но среди человеческих чувств присутствуют также ненависть, зависть и гнев. Как быть с ними? Как писал Владимир Бибихин, ненависть есть невежество, неумение узнать (увидеть) себя в другом. "Принятая этимология для ненависть — негатив к старому навидеть, охотно смотреть... Всё упирается в то чтобы учиться навидеть". Пьеру достаточно было просто взглянуть на Мари, "бедное больное животное", "несчастное существо в грязном балахоне, - босые ноги, облепленные мокрой глиной, спутанные волосы, пустые светлые глаза", и начинается неожиданное...
251K