Рецензия на книгу

• 

  Unikko21 мая 2019 г.

  О смысле смерти

  Когда-нибудь мы узнаем, почему в нашем веке столько великих художников написали столько нечитабельных произведений. И каким чудом эти нечитабельные и нечитанные книги стали событием столетия и получили известность.
  "Дневник" В. Гомбрович

  Гомбрович писал о "Процессе" Кафки, но его слова справедливы и по отношению к Герману Броху, особенно к его "вершинному достижению", "самому значительному, программному роману" "Смерть Вергилия". Медлительная манера повествования, высокопарный неподатливый стиль, читать сложно. Впрочем, пересказать сюжет не представляет труда, как и понять смысл. Как водится, лучше всего это сделал сам автор:
  

  
  Книга рисует последние восемнадцать часов умирающего Вергилия, от момента его прибытия в порт Бриндизий и до кончины в послеполуденные часы следующего дня во дворце Октавиана Августа. Хотя книга написана от третьего лица, она представляет собой внутренний монолог поэта. Это прежде всего расчет с собственной жизнью, спор с самим собой о том, была ли она правильной или неправильной в моральном смысле и насколько оправдано то, чему он посвятил жизнь, - его творчество. Перед смертью Вергилий хочет уничтожить свой труд, однако жизнь всякого человека вплетена в эпоху его бытия; итог, к которому он приходит, охватывает всю совокупность духовных поисков и многоразличных мистических течений, которые пульсируют в теле Римской империи этого последнего дохристианского столетия и которые сделали Вергилия предвестником христианства.

  История Вергилия начинается с конца, с последних часов жизни тяжелобольного поэта. Постепенно в настоящее, вливаются воспоминания о прошлом, их сменяют сны и лихорадочные видения, осложняя и расширяя представление читателя о Вергилии. Но самое необычное в романе заключается в том, что Герман Брох не просто воссоздал внутренний монолог умирающего Вергилия, но одновременно его прокомментировал. Вот Вергилий лежит после сильного приступа кровохарканья. Лежит, вслушиваясь в себя: жив пока, хорошо. Наплывают воспоминания, когда он, восьмилетний мальчик, "впервые обнаружил, что и просто лежа на постели можно многое наблюдать", тогда он был здоров и полон сил. Воспоминание накладывается на нынешнее состояние: "...и точно так, как тогда, хотя и благодаря постоянной еженощной привычке куда более сознательно и определенно, он вникал в состояние своей телесной крепи, как и тогда, он явственно ощущал каждую точку своего тела, которой касался ложа, и, как и тогда, мнилось ему, будто покоится он на водах, будто его корабль плывет, слегка покачиваясь, по самому гребню волн, а кругом разверзаются бездонные бездны". А далее следует комментарий рассказчика. "Он вслушивался в умирание, - объясняет автор. - Осознание этого факта пришло к нему без чувства страха, разве что с той необычной ясностью, какая устанавливается вместе с нарастающей лихорадкой. И вот, лежа в темноте, вслушиваясь в темноту, он понял, чем была его жизнь, понял, насколько была она непрерывным вслушиванием в процесс умирания и не могло быть иначе". А автор вслушивается в глубинные побуждения души Вергилия. И это не столько тема романа "Смерть Вергилия", сколько художественный метод, успешно примененный и в другом романе сборника - "Невиновные".

  В "Невиновных" Герман Брох снова подтвердил, что он писатель-рентгенолог, и его задача - раскрывать в героях скрытые душевные склонности. В одиннадцати новеллах Брох показывает, как простые люди, обыватели, создали благоприятные условия для возникновения нацистской диктатуры. Никто их героев "Невиновных" не участвовал в захвате власти в Германии национал-социалистами, но все они сделали этот переворот возможным. За внешне благопристойной жизнью автор увидел и показал читателю сомнительные душевные качества: алчность, тщеславие, эгоизм, равнодушие к близким, высокомерие, но у "невиновных" всегда есть оправдание, рациональное объяснение своим предосудительным поступкам: "беззаботной жизни (земному благу) чувство ответственности ни к чему". Особенно символичен в этой связи образ Андреаса - главного героя романа, появляющегося почти во всех новеллах. К слову, Андреаса будут судить и вынесут приговор, но единственное, что не вызывает сомнения в абсурдном романе Броха: все невиновные виновны, но наказание понесли единицы.

  26

  1,6K