Рецензия на книгу

• 

  voyageur16 августа 2011 г.

  Если вы пресытились своим ежедневным существованием - например, скучной офисной работой, небольшими размерами жилья, неортопедическим матрасом или же привычными до безобразия завтраками, обедами и ужинами - пожалуй, вам стоит уделить пару часов своеобразной смеси путевых заметок и этнографического дневника Джорджа Оруэлла. Можно это расценивать и как пособие по выживанию в условиях главных европейских мегаполисов межвоенного периода, и как просто забавный и очень жизненные приключения молодого человека за кулисами буржуазного процветания Парижа и Лондона.

  Рассказчик - молодой человек, оказавшийся в сложных обстоятельств - в чужом городе, без денег и жилья - совершает вынужденный дауншифтинг, плавно погружаясь на социальное дно, попутно успевая описывать и комментировать все происходящее. В Париже его невзгоды разделяет русский эмигрант, который с таким же успехом занят "придонным плаванием", сохраняя, однако, свои аристократические, "джентльменские" привычки. Злоключения этих ребят вызывают чаще улыбку, чем сострадание, хотя в тексте полно грязных, заполненных клопами ночлежек, месяцами не стиранного белья и душных, вонючих рабочих каморок. Работая посудомойщиком в фешенбельном ресторане, автор раскрывает всю подноготную подобного рода мест, утверждая

  
  

  Неопрятность присуща отелям и ресторанам, цель которых не накормить, а сразить шиком. Работник слишком занят подачей пищи, чтобы помнить, что эту пищу едят. Еда для него просто une commande[63], вроде того как чья-то смерть от рака для врача просто «случай». Клиент заказывает, скажем, тост. Где-то в подвале некто, разрываясь на части, обязан быстро заказ исполнить. Может ли он приостановиться с мыслью: «Тост этот съедят – надо бы, значит, сделать его съедобным?». В голове у него только то, что выглядеть блюдо должно пристойно и отнять не больше трех минут. Пот со лба капает на хлеб – ну и что? Тост падает на пол, в месиво грязных опилок – ну и что, не с новым же возиться? Гораздо проще испачканный ломтик обтереть. По пути наверх тост опять падает, маслом вниз, – еще раз обтереть да и все. Такова система. Аккуратно в «Отеле Икс» готовили лишь самим себе и патрону. Всеобщей моральной заповедью было «гляди в оба, если хозяину, а для клиентов – наплевать!» Всюду в рабочих отделах сор и гадость; за фешенебельным фасадом тайная циркуляция грязи, как работа кишечника в теле красавицы.

  
  

  Вообще, рассказчик утирает нос множеству социологов, просто, доступно, но очень ярко показывая людей, бесконечно далеких от социальной верхушки, и их стили жизни: здесь и клошары, и посудомойки, и кухарки, и профессиональные нищие, жулики, уборщицы и проститутки. Социальное расслоение касается даже небольшого ресторана, где существует строгая иерархия: метрдотель - шеф-повар - повара - официанты - посудомойки; и практически классовая борьба, в которой "повара носят усы, дабы показать свое презрение официантам". Семнадцатичасовой рабочий день выматывает нашего героя - и он практически сбегает в Лондон в поисках лучшей жизни.
  

  
  

  На стене рядом со мной висела табличка, предупреждавшая «Уносить сахар воспрещается», а ниже некий поэтического склада гость приписал:
  Кто упрет отсюда сахар,
  Того надо послать на…,

  но кто-то еще не пожалел сил соскрести последнее слово. Это была Англия.

  
  Однако, там ничем не лучше, хотя герой получает уникальный шанс рассмотреть жизнь лондонских бродяг и нищих изнутри, методично классифицируя притоны по степеням удобства, анализируя географию расселения клопов (в северном Лондоне их гораздо меньше, между прочим), знакомясь с другими бродягами и изучая их опыт. На социальном дне вовсе не алкоголики, лентяи или деграданты - там можно встретить и выпусников престижных английских университетов, и бывших ученых, и талантливых художников.

  В общем, даже если ты неплохо зарабатываешь, вкусно питаешься, спишь на мягкой подушке под теплым одеялом, - помни, рядом всегда есть совсем другой мир, в котором нужно бороться за каждый день.

  18

  62