Рецензия на книгу
Цинковые мальчики
Светлана Алексиевич
Milena_Main15 мая 2019 г.То ли несколько лет назад я иначе смотрела на некоторые вещи, а публицистических книг о войне в моем читательском багаже было значительно меньше, то ли дело конкретно в этом произведении, только, в отличие от "У войны не женское лицо" и "Последних свидетелей", "Цинковые мальчики" оставили у меня смешанные впечатления и не совсем приятное послевкусие, и это при том, что Светлану Алексиевич и ее работу я очень уважаю.
Начну с хорошего. Книга читается очень легко. Я понимаю, как парадоксально это звучит в отношении произведения на столь тяжелую тему, но публицистические книги о войне - моя зона комфорта, так что тяжесть темы мне не мешает, а мастерство писательницы находится на таком уровне, что текст идет влет, на одном дыхании и "проглатывается" буквально за несколько часов. Светлана Александровна действительно отлично владеет пером, и это еще одно достоинство книги.
Но в этом же кроется и подвох. Как указано в послесловии "Цинковых мальчиков", книга эта относится к жанру "художественной публицистики". И вот этой самой художественности в отношении книги, составленной из воспоминаний реальных, живых людей, для меня оказалось несколько чересчур.
И дело не в "чернухе", в которой обвиняют Алексиевич. Я читала немало военных мемуаров (и не только их) об афганской войне, так вот жести там еще поболе будет, чем в "Мальчиках". Никто, кажется, не сомневается, что все это было. И было даже больше.
И однобокости подачи, обвинения в адрес воевавших в Афгане, попытки их очернить я в тексте тоже не увидела. Героическое и светлое там тоже упоминается, пусть и крупицами, а своим рассказчикам и персонажам автор очевидно сочувствует.
Однако, текст, на мой вкус, слишком надрывен. И эта вот надрывность, цитаты из Писания и из классиков... они мне мешают. Они уместны, когда Алексиевич пишет за себя, когда публикует отрывки из дневника, который вела во время поездки в Афганистан, но смотрятся совершенно излишне и искусственно в откровениях других людей.
Художественная публицистика играет на эмоциях, это особенность жанра. Но это же и инструмент манипулирования. а я очень не люблю, когда моими эмоциями пытаются манипулировать. Мне нравится, когда нехудожественная историческая проза (если речь не идет о мемуаристах, у них у каждого своя правда, разумеется) стремится к объективности и попытке воссоздать как можно более всестороннюю картину тех или иных событий, осветить все точки зрения. Разумеется, полная объективность недостижима: любой автор и даже профессиональный историк все равно в той или иной степени будет больше выдвигать ту версию событий, к которой наиболее склоняется сам. Однако, Алексиевич, по-моему, в этой книге даже не пытается в объективность, просто отбрасывая все, что не соответствует ее замыслу, и выпячивая, а также намеренно утрируя художественными средствами, исключительно подходящее ей. Это типично журналистский подход, и он вполне работает, когда необходимо достичь поставленной цели и вызвать определенную реакцию у аудиторию. Однако, достижение этой цели требует долгого, вдумчивого шлифования написанного с очень холодной головой. И вот это самое очень литературное, очень профессиональное и очень отшлифованное мастерство публициста в сочетании с высокой надрывностью текста создает ощущение некоторой фальши. Суть в том, что я ищу в подобных историях материал для изучения, а публицистика, чаще всего, стремится к поучению. Она предназначена "не для сообщения знаний, а для воздействия на ту политическую силу, которая называется общественным мнением". И это было бы нормально, излагай автор только свой взгляд на рассказанные истории живых, реальных людей, но она трансформирует их так, чтобы они звучали в необходимом ей контексте. И вот с этим у меня как раз и возникла проблема.
Быть может, иногда такой подход и оправдан. Но мне он не по душе.
И, тем не менее, книгу я оцениваю достаточно высоко, потому что она того стоит.111,1K