Рецензия на книгу

• 

  BroadnayPrincipium14 мая 2019 г.

  "Разделяют тучи друзей - двух диких гусей. Прощанье навек."

  Долго не могла выбрать, какой же из двух романов Тан Тван Энга прочесть первым, и остановилась на "Даре дождя". Оба романа написаны от первого лица, только здесь (в отличие от "Сада вечерних туманов") рассказ ведётся от лица мужчины. Я решила, что, коль скоро и автор - мужчина, я начну с "Дара дождя".
  Роман понравился. Не скажу, что читала, не отрываясь (такие произведения, наверное, сложно читать подобным образом). Поскольку об этой книге уже написано много хороших, содержательных рецензий, я постараюсь кратко отметить, что понравилось мне.
  Книга написана очень сдержанно, автор не растекается "мыслью по древу", но и не переходит черту, за которой начинает ощущаться сухость текста. Главный герой не вызвал у меня никаких отрицательных эмоций, я не видела в нём ни предателя, ни малодушного, трусливого человека. Все его поступки, даже те, что имели потом трагические последствия, были продиктованы одним желанием - спасти свою семью. Да, на деле порой выходило совсем наоборот, но, ведь ему было всего восемнадцать лет, и он много просто не знал. Ни одно его действие (или бездействие) не было вызвано желанием причинить боль тем, кто был ему близок, кто его любил.
  Узнав из отзывов, что Филиппа и Эндо-сана связывали и любовные отношения, я, приступая к чтению, опасалась, что на страницах романа будет присутствовать пошлость. Так вот, сейчас с уверенностью могу сказать, что упоминаний о сексе больше в отзывах, чем в этом произведении. Наиболее чувственная сцена, на мой взгляд, это та, в которой Эндо-сан, повредив Филиппу на тренировке запястье, кормит его из своих рук. После этого, как я поняла, у них всё и начинается. Но автор не упоминает ни о каких интимных моментах, от слова "совсем".
  Это очень печальная и очень красивая история о людях, которые верили. Всем сердцем верили в такие понятия, как "долг и честь". Ничто не мешало Филиппу после окончания войны уехать из города, часть жителей которого продолжала считать его "японским прихвостнем", но он обещал отцу, что продолжит дело Хаттонов, и он сдеражал своё слово. Лучше всего ощущения Филиппа на протяжении всех этих лет описывает сцена, когда он, уже старик, приходит в ресторан, и одна его владелица, семье которой он сумел помочь во время войны, с улыбкой спешит ему навстречу, а другая, считающая его предателем, молча отворачивается от него и выходит из помещения. И в этом - вся его жизнь.
  Неплохой перевод. Мне понравилось, что значение многих слов объяснялось непосредственно в тексте (при этом он не становился тяжеловесным).
  

  
  Обозвала его "бака" - идиотом.
  Сев в позу сейдза - пятки под ягодицами, - я приступил к медитации.

  P.S. Пишу об этом, потому что именно количество (и объём) сносок в "Саду вечерних туманов" (их там 247 против 101 в "Даре дождя") меня очень напрягло, и чтение этой книги я пока отложила.

  6

  642