Рецензия на книгу

• 

  BlueFlames1 мая 2019 г.

  Шансы на успех: один на миллион, или Сказка наяву

  Я люблю читать научно-популярные книги, и мне нравится читать мемуары о работе и книги о разных профессиях, так что книга Хоуп Джарен весьма мне подошла.

  Она интересно и очень поэтично пишет о растениях. Например, о семенах, которые умеют ждать.

  
  Большинство семян ждут по крайней мере год, чтобы начать расти. Семя вишни может прождать сто лет безо всяких проблем. Чего именно дожидается каждое семя, известно только ему одному. Нужна какая-то уникальная комбинация температуры, влажности, света и многих других вещей, чтобы убедить семя совершить прыжок и рискнуть – воспользоваться своим одним-единственным шансом вырасти.

  Автор также рассказывает о семени лотоса, которое пролежало больше двух тысяч лет в торфяном болоте в Китае до того, как учёные его прорастили в лаборатории . Это семечко терпеливо ждало своего часа, пока сменялись целые человеческие цивилизации. Когда люди гуляют по лесу и смотрят на деревья, они обычно и не подозревают, что под каждым их следом лежат сотни семян различных растений, «каждое из которых живо и ждёт».

  
  Они надеются в противовес судьбе на шанс, который скорее всего им не выпадет. Больше половины семян погибает до того, как они почувствуют толчок, которого они ждут.... На каждое дерево, которое вы видите в лесу, приходится по крайней мере сотня деревьев, которые ждут в земле, живые и страстно желающие быть.

  Но даже, если семя прорастает, у растения всё равно очень мало шансов вырасти:

  
  В тот момент, когда первые клетки корня проникают за пределы оболочки семени, на карту ставится всё. Корень растёт вниз перед тем, как росток растёт вверх, так что несколько дней, а то и недель у растения нет возможности создать новые питательные вещества в зелёных тканях. Пускание корней исчерпывает последние ресурсы семени, и просчёт приводит к его гибели. Шансы его успеха один на миллион.... Нет риска страшнее, чем тот, на который идёт первый корень.... Как только первый корень пущен, растение теряет всякую надежду дислоцироваться куда-нибудь, где будет не так холодно, не так сухо, не так опасно. Отныне оно будет противостоять морозу, засухе и голодным ртам без какой-либо возможности бегства. У нового корешка есть только один шанс угадать, что принесут его клочку земли последующие годы, десятилетия, даже века.

  Маленькому растению трудно получить достаточно света, чтобы выжить, и оно особенно беззащитно перед травоядными животными. А у редких деревьев, которые поднимаются ввысь, свои проблемы. Каждый год за несколько месяцев им надо заново отрастить крону листьев. Если в какой-то год дерево не закончит эту работу вовремя, оно не только не дополучит необходимых питательных веществ, но соседнее дерево запустит свои ветки в кусочек его прежнего пространства, отвоевать которое обратно будет очень сложно. Гораздо вероятнее, что это станет началом длинного процесса, в ходе которого наше дерево со временем потеряет своё место под солнцем и погибнет. «Если дерево хочет остаться в живых, оно должно быть успешным каждый год,» - пишет Джарен.

  Что для этого надо? Ну, для начала дереву надо найти, впитать, поднять наверх, отфильтровать в поисках необходимых веществ и испарить огромное количество воды, чтобы вырастить необходимое количество листьев. Сравнительно небольшому дереву высотой с фонарный столб требуется для этого около 40 тысяч литров воды на 4 месяца, чего хватило бы 25 людям на год.

  Деревья также периодически подвергаются нападениям насекомых и других животных, о которых они предупреждают соседние деревья, с которыми у них переплетаются корни, наподобие тому, как обмениваются информацией нейроны мозга животных через свои синапсы. Деревья обороняются от этих атак при помощи шипов и выброса токсинов в древесный сок. Однако любая самозащита «осуществляется за счёт скромных внутренних ресурсов, накопленных для более радужных целей: каждая капля сока – это семечко, которого не будет; каждый шип – это лист, который не вырастет».

  Однако не стоит думать, что эта книга посвящена сугубо трудностям, с которыми сталкиваются деревья. В основном, автор просто делится своими знаниями о растениях, чтобы широкий круг читателей разделил её восхищение перед этой основой всего живого на земле:

  
  Растения – единственные организмы во вселенной, которые могут создать сахар из неорганических веществ. Весь сахар, который вы когда-либо ели, был сделан листьями. Без постоянного снабжения глюкозой ваш мозг умрёт. Без вариантов. При крайней необходимости ваша печень может сделать сахар из белка или жира, но этот белок или жир был в своё время произведён из растительного сахара внутри какого-то другого животного. Это неизбежно: в данный момент внутри синапсов вашего мозга листья питают мысли о листьях.

  Я выросла на окраине города, около большого леса, но эта книга заставила меня посмотреть на лес новыми глазами.

  Главы о росте и созревании растений чередуются в книге с главами о росте, взрослении и профессиональном становлении автора. Я поняла из других отзывов на эту книгу, что части читателей показалось, что Джарен слишком много жалуется на то, как тяжело американским учёным добиваться финансирования своих исследований (если эти исследования не могут пригодится военным). Однако посмотрите на ситуацию с её стороны. У профессоров американских университетов имеются три основных обязанности: учить студентов, печататься в профессиональных журналах и посещать кучу никому не нужных собраний. Достижения преподавательского состава в своих областях – это лицо университета. Профессора, на чьём счету нет научных работ, никогда не зачислят в постоянный штат, а со временем просто уволят и возьмут на его место кого-нибудь более перспективного.

  Гуманитарщикам пробиться в профессиональные журналы несколько легче, поскольку им для этого не требуется никакого оборудования, кроме персонального компьютера. А естественникам как быть? Чтобы напечататься, им надо провести оригинальные научные исследования и получить интересные результаты, а для этого им нужна лаборатория, полная всякой всячины, включая дорогущую аппаратуру. Пока профессор числится в штате университета, ему платят зарплату, а вот на исследования выделяют средства только первые пару лет. Потом ему надо просить деньги под свои проекты у специального фонда правительства страны по чисто научным исследованиям, а эта часть бюджета США не менялась последние 30 лет(!). Вы представляете, как изменились цены в США за последние 30 лет? Поэтому не мудрено, что существует огромная конкуренция за поддержку этого фонда. Главный критерий отбора фонда – прежние научные достижения. Так что я не удивлюсь, если шансы на успех американского учёного тоже один на миллион, особенно, если мы начнём с семечка, т. е. с начала – необходимости попасть в хорошую школу для ребёнка из необеспеченной семьи.

  Впрочем, история автора имела счастливый конец. Со временем ей удалось добиться признания, и начать получать награды и средства под свои проекты, и чем дальше, тем больше. К сожалению, она мало пишет об этом периоде своей карьеры, по-видимому, считая, что читателям будет интереснее читать о её приключениях в «голодные» годы, но я прочитала в Википедии, что на её счету теперь целый ряд важных открытий. По структуре эта книга похожа на сказку: почти всё повествование мы читаем о том, как автор и её бессменный помощник работали не покладая рук на научном и преподавательском поприще, несмотря на отсутствие денег и признания, а потом счастливый конец суммируется очень сжато, наподобие эпилога.

  Красной нитью сквозь рассказ о тернистом пути автора в научном мире проходит дружба с этим помощником. Она приметила его ещё, когда он был студентом, а она аспиранткой, за его дотошность и пристроила его в лабораторию своего научного руководителя, где работала она сама, и с тех пор они не расставались. Интересно, что, хотя они стали очень близкими людьми – каждый мог позвонить другому посреди ночи просто, потому что захотелось с кем-то поговорить – у них явно никогда не было романтических чувств друг к другу. Скорее, они стали кем-то вроде названного брата и сестры – к концу книги автор называет его братом. Ну, я же говорю, как в сказке.

  Про свою личную жизнь она особо не пишет, наверно, поскольку долгое время никто из мужчин, с которыми она знакомилась, не мог понять, почему она всё время работает, и никто не хотел слушать часами её рассказы о растениях. Но потом, тоже ближе к концу книги, она встретила такого же трудоголика из смежной дисциплины. На первом свидании они не могли наговориться о научных моделях и измерениях, о мхах и папоротниках, и об общих знакомых в научном мире, коих у них оказалось предостаточно. Потом, когда у них уже была семья, ему казалось вполне естественным, что в 10 вечера, уложив ребёнка спать, она возвращалась в свою лабораторию на полночи, потому что он сам в это время сидел в своём домашнем кабинете над компьютерными программами и формулами. К тому же он настолько блестящий специалист в своём деле, что он может получить работу где угодно, и мог переезжать с ней туда, куда забрасывала её её карьера. Из книги также явствует, что он обладает ангельским терпением. И, возможно, внешностью тоже, потому что Джарен пишет, что пригласила его на то первое свидание, ещё не зная его, потому что она не встречала более красивого мужчину. Короче, если бы такого героя вывели в каком-нибудь романе, автора тут же обвинили бы в отсутствии реализма и прививании юным читательницам несбыточных мечтаний.

  Если вам интересно пополнить свои знания о растениях, о которых автор очень образно пишет, или если вы любите читать о жизни людей разных профессий в разных странах, и вам нравится, когда в жизни всё заканчивается, как в сказке, вам придётся по душе эта книга.

  9

  574