Рецензия на книгу

• 

  fullback3424 апреля 2019 г.

  Эра милосердия им. бр. Стругацких. Продолжение

  Хочется проговорить несколько соображений об особенностях стиля Стругацких. Вообще, как оказалось, погружение в творчество одного художника - вещь удивительная и замечательная: "материал" идет сплошным потоком, не забывается, не сливается в неразличимый оползень... А вот как-то наоборот: явное становится ещё более выпуклым и ярким; начинаешь замечать "повторы", на самом деле являющиеся как раз теми фенечками стиля, что его, стиль, в какой-то мере и определяют.

  Зона. Флора. Лес. Лепрозорий

  Конечно, самым значительным в мире художественных и мировоззренческих констант мира Стругацких - выделенное существование не вписывающегося в "обыденность" жизни, экстерриториальность чего-то, что является либо целью - осознанной или нет, либо неким эдемом, где всё непонятно, страшно, но по-своему гармонично и оправдывает усилия для её, территории, достижения.

  Лепрозорий из "Гадких лебедей" - непонятное и, следовательно, пугающее "заведение", ну, или та же территория. С такими же непонятными и пугающими обитателями. В сущности не так важно - кто там, что там происходит, - не важно. Важно иное: экстерриториальность мыслится авторами не как имманентно присущая часть настоящего, инкорпорированная в саму ткань этого настоящего, находящаяся, соответственно, внутри каждого...нет! У Стругацких - черное - это черное, белое - белое! Вроде как бы бескомпромиссное существование не смешивающихся сущностей.

  Вольно или невольно, они упрощают картинку мира: здесь - избранные, здесь - лохи. Твой выбор - с кем ты. Твой выбор пути. Твой выбор нравственных координат. С кем ты? - это и есть твой выбор.

  Как правило, в экстерриториальность и стремятся герои Стругацких. Потому что она - всегда оппозиция существующему. Существующее, конечно же, мыслиться именно оппозиционно "истинному", "чистому", "рафинированному", "идеальному". Собственно, ничего особенно нового: манихейство с его оппозициями, жесткими оппозициями.

  Но физикам Стругацким лучше многих других известно, что не существует никаких оппозиций, не существует никаких траекторий на том, глубинном уровне, куда они по понятным причинам, стремятся. Не существует. А что существует? Суперпозиция. И здесь, разумеется, идут нескончаемые риторические вопросы: хорошо. Суперпозиция. Означает ли это нравственный релятивизм? О чем говорят французские постмодернисты? Нет греха - всё дозволено, - Достоевский в этом чуть опередил французов. И этот вопрос о нравственности для писателя - центральный.

  Потому как человек и его мир - это самое важное в творчестве любого художника. Пришельцы, зоны - антураж, усложняющий общую картину, но не отменяющий главный вопрос.

  Не пущать!

  Реакция "существующего порядка" на экстерриториальность иного везде одна и та же (подозреваю, что такой же она будет и в "Жуке"): не пущать! Что означает: огородить, заминировать, выставить охрану, подавить, игнорировать. реакция очень похожа на какую-то медикаментозную локальную блокаду. Наверное, авторы подсмотрели это у клеток-защитниц иммунитета: локализовать опасность и уничтожить её. Наверное... Нет, сказать, что существующее не хочет понять происходящее, конечно же, не верно. Но помыслы и, следовательно, цели - что нужно в конечном итоге этому существующему? Что?

  Исход детей к мокрецам в "Гадких" - и что прикажете с этим делать в практическом плане? Мочить уже собственных детей? И здесь очень важный вопрос: почему вообще возникают подобные экстерриториальности у Стругацких?

  Шесть прочитанных повестей убеждают в одном: она и не могла не возникнуть вот в этих конкретных условиях существующего. Советского. Не допускающая гибкости, советская система - статична. Именно поэтому происходящее в повестях Стругацких практически везде локализуется за пределами этой статичной системы, замершей в анабиозе мертвых идей.

  Подобно любой органической системе, советская поступает в формате "локализации" проблемы. Новизна отвергается, как не вписывающаяся в жестких догмат конечного списка идей. Отвергаясь, она локализуется всеми имеющимися у охранительной системы средствами. К чему это приводит? Тут нет единого "исхода".

  Как много зловония!

  Как много зловония вокруг! "Вонь", "плесень", "гной", "гнойник", "смердит", "грязь", "нарыв", "экзема", "труха", "злокачественные пятна", "фурункул", "затхлые личности", "воняет", "ядовитый смрад", - и это не всё, но дальше в таком же духе. Вообще, запахи у Стругацких...такое ощущение, что их больше, чем зрения. По крайней мере по силе воздействия они явно сильнее.

  Железноголовые

  Каски, каски, каски. Чаще всего, почему-то - голубые.

  Ну вот как-так.

  Добро пожаловать в эру милосердия!

  21

  394