Рецензия на книгу

• 

  Guts15 апреля 2019 г.

  Зато с картинками

  Начиная читать эту книгу, я подумал, как же жаль, что существует не так много исторических очерков столь динамичных, цветастых и легких для чтения. Уже довольно скоро это стало утешением; я понял, что лучше пробираться через сухой и тяжелый текст, но написанный непредвзятыми профессионалами, чем любоваться искаженной художественной версией истории, не имеющей отношения к фактам.

  Довольно быстро Харари без всякого стеснения выплескивает читателю в лицо очень занятную информацию: оказывается, первобытные люди, жившие 30 тыс. лет назад были счастливее современных рабочих, мол, в древности, первобытная собирательница весело бегала по полянам собирая ягоды, наедалась, а потом целый день могла посвятить сплетням с подругами. Более того, ей не угрожали заболевания, ведь они, кто бы мог подумать, появились только когда люди стали объединятся в аграрные общины, а вообще в планах у нее было прожить аж до шестидесяти лет. Эту информацию он подкрепляет фразой: "все это дало ученым повод охарактеризовать досельскохозяйственное общество как «изначально благополучное»" Эта фраза интересна, потому что немногим раньше практически общепризанное мнение антропологического сообщества о полигамии первобытных людей он подкрепляет словами: "так считают некоторые ученые", здесь же Харари просто пишет "это дало ученым повод", очевидно это расчет на то что читатель, незнакомый с историей первобытного общества, решит, что вот с этим уже согласно чуть ли не все научное сообщество. На деле же теория "Изначально благополучного общества" или "Original affluent society" находится в противоположной стороне от общепризнанности, и едва ли выдерживает серьезную критику.

  Скажет ли Харари что-нибудь о ледниковом периоде закончившемся только в 10 тыс. году до н.э, во время которого люди лишались пальцев в результате обморожения, о постоянном недостатке пищи, о борьбе с многочисленными, идеально приспособленными к местным условиям хищниками, об отсутствии какой-либо защищенности от этих самых хищников и других племен внутри своих стоянок, об археологических находках свидетельствующих о частых заболеваниях костей и потери конечностей в различные периоды жизни, о инфекционных заболеваниях единственным лекарством от которых были шаманские танцы? Нет, он ничего не скажет о таких невыгодных для своего рассказа вещах, а учитывая, что человек изучающий историю не может подобного не знать, то мы имеем дело с осознанным вводом в заблуждение. Харари идет даже дальше, противопоставляет беззаботной собирательнице ягод угрюмую современную фабричную работницу из Китая, которой надо вкалывать по десять часов в день. В этой части он уже на полную глумится над здравым смыслом; по Харари, вероятность того, что вас собьет машина в наше время равна вероятности нападения хищника в доисторическом лесу. Можно сколько угодно говорить о надуманных преимуществах жизни собирательницы над жизнью китайской работницы, но то что китаянка может вылечить кариес, избежав деформации челюсти и постоянной зубной боли, которая была неизменным атрибутом первобытной действительности, запросто перевешивает их все.

  Земледелие, при всех своих рисках, оказалось гораздо более предпочтительным для людей, привыкших каждый день бороться за свое существование во враждебном и крайне смертоносном мире, зачем же оно понадобилось счастливым людям Харари, единственная забота которых это одинокий тигр, бегающий по огромному лесу полному фруктов и ягод, решительно непонятно. И это фундамент на котором данный автор строит свое произведение, занимающее первое место в разделе научно-популярной литературы. Единственный плюс данного чтива в том, что оно помогает осознать насколько ценны все эти академичные авторы, полирующие и дотошно рассматривающие каждый факт, на фоне подобной макулатуры.

  20

  518