Рецензия на книгу

• 

  Raija8 апреля 2019 г.

  Будьте, как солнце

  Да, да, девушки, признавайтесь — первые, и потом слушайте отповеди, и потом выходите замуж за почетных раненых, и потом слушайте признания и не снисходите до них — и вы будете в тысячу раз счастливее нашей другой героини, той, у которой от исполнения всех желаний ничего другого не осталось, как лечь на рельсы.
  Марина Цветаева
  

  "Урок гордости" - так определяет поэт Марина Цветаева смысл истории Татьяны Лариной, восхищается тем, на какую моральную высоту она себя вознесла, не втоптав Онегина в грязь, не унизив его, а просто сообщив, как данность, что да, любит, к чему лукавить, но продолжения не будет.

  Я, в свою очередь, никак не могу пренебречь трактовкой этой сцены Набоковым, который считал, что отказ Татьяны, в общем-то, не окончательный, и внимательный читатель увидит в финале пушкинского романа намек на развитие отношений героев... Да, каждый судит со своей колокольни и видит в перипетиях сюжета что-то свое. Набоков, так легко предоставивший Онегину надежду, и сам в своем цикле лекций о европейской литературе скатился в унылый морализм, приветствуя нравственные ценности, воплощенные в образах главных героев романа Остен - Эдмунда и Фанни. Конечно, все верно, и именно так эти персонажи и задумывались - как ориентир для молодых неокрепших умов той эпохи, в которую творила Остен.

  Но мир изменился до неузнаваемости. Женщины-суфражистки и настроенные гуманно и прогрессивно мужчины совершили революцию в умах. Цветаева приветствовала Ларину как бунтарку, которая совершила немыслимый по тем временам поступок - первая призналась в любви (хоть и списав половину своего письма из "Новой Элоизы" Руссо, но это уже детали). Так же она приветствует и то, что последовало дальше, - ушла Татьяна, головы не оборачивая, и выбрала свой путь, свободный от слепого повиновения чувствам. Цветаева идет дальше, утверждая, что именно такая линия поведения принесла Татьяне счастье. Ой ли? Покой, возможно, но счастье? И, противореча себе самой, поэтесса заключает свои размышления так: "Показательно, однако, что мать меня Татьяной не назвала — должно быть, все-таки, — пожалела девочку…" Стало быть, о счастье речь не идет, а скорее, об инстинкте самосохранения, чтобы не кончить, как Каренина, как сама Цветаева, отчаявшись, не справившись с грузом разочарований...

  Вот и выходит, что "Мэнсфилд-парк" пропагандирует ценности, очень далекие от сегодняшних, ибо идеи эмансипации все-таки прочно вошли в наше сознание и укоренились в нем. Поэтому странно читать про героиню, которая скромна и добродетельна, но, боже, как она скучна! Впрочем, я всегда сочувствую застенчивым девушкам, потому что знаю, что это такое - теряться и быть не в состоянии вымолвить ни слова, и многим приходится много работать над собой, чтобы побороть эту робость. Но Фанни судит обо всем слишком категорично, осуждает с нравственных позиций, сама-то она безупречна, и почему-то мне кажется, что человеку, лишенному страстей, быть непререкаемым авторитетом легче, чем тому, кого эти самые страсти раздирают. Хотя и живет в ее сердце любовь к Эдмунду, автор в конце недвусмысленно дает понять, что женись Эдмунд на Мэри, и Фанни бы вышла за брата Мэри Генри Крофорда, а вот это никак не делает в моих глазах любовь Фанни к Эдмунду настоящей и глубокой. Право, было бы логичнее, если бы она стояла на своем и отвергла Крофорда все по той же причине - из-за отсутствия у нее к нему взаимных чувств. Но получается, что и Фанни не чужды здравый смысл и желание устроить свою жизнь - а это идет вразрез с высокой моралью.

  Получается, что я критикую Фанни за то, что она недостаточно нравственна и не готова бороться за свою любовь до конца? Напротив, главная моя претензия к Фании вовсе не в этом, а как раз в том, что она слишком нравственна, что ей недостает снисходительности к людям и она не может понять натуры, отличные от собственной. Та же Мэри Крофорд, выведенная как отрицательный персонаж, мне импонировала намного больше, потому что она, как Наташа Ростова, была "живая жизнь". Правда, ошибки, подобно Наташиной, она не совершила, ни с кем не сбежала, а вся ее вина заключалась лишь в том, что она имела мнения, несхожие со взглядами влюбленного в нее Эдмунда, того еще зануды. Право, не была бы Мэри Крофорд счастлива с ним. Ибо она знаменует собою образ женщины нового поколения, более независимой, более открытой жизни, пусть и не лишенной недостатков (тут, конечно, нельзя не упомянуть ее корыстолюбие).

  Финалом я, конечно, осталась довольна, ибо два наиболее унылых персонажа книги - Фанни и Эдмунд - таки слились в супружеском экстазе, и думаю, нашли в каждом собственного духовного брата-близнеца, так что их союз мне напоминает больше отношения брата и сестры (впрочем, отдаленными родственниками они как раз и являются). Что касается других персонажей, то Остен постаралась сделать почти всех из них максимально неприятными, и все же скажу: Мэри Крофорд, "развращенная" мнениями света (так у Остен!), - предшественница Джейн Эйр и Тэсс, именно она, а не правильная до тошноты Фанни. Знаменательно, что Шарлотта Бронте не любила Остен, ей, верно, тоже претил этот дух нравственного превосходства самых унылых и кротких девушек, таких, как героиня "Мэнсфилд-парка". И хотя героини Бронте тоже положительны и безупречны, им случается любить - любить не так, как Фанни, мысленно соглашаясь на брак с подходящим претендентом, если предмет обожания получить невозможно, а на полную катушку, не мысля себя в союзе с другим, но продолжая работать и приносить пользу обществу.

  Какая ошеломляющая разница между "Мэнсфилд-парком" и "Доводами рассудка", именно в последнем произведении героиня живая и страдающая, совершающая ошибки и раскаивающаяся в них, не что что всегда безупречная и упрямая Фанни Прайс! Как тяжело было бы иметь в подругах такую гордячку, которая судит каждое твое слово и не позволяет твоему мнению выходит за рамки общепринятого!

  Что ни говорите, а есть персонажи, "дикие сердцем", они входят в нашу душу навсегда, они трагически гибнут, как Кэтрин из "Грозового перевала", или как Анна Каренина, но всем своим существом мы переживаем их трагедию. А Фанни Прайс... я рада, что она обрела взаимность в любви. И это все, что я могу сказать об эмоциях, вызванных этим персонажем.

  Мне так жаль, что правильные и строгие женщины мне милы, только если они живут по закону сердца. А вот светские приличия и религиозные догмы ни о чем мне не говорят.

  И вот эта унылая будущая хозяйка Мэнсфилд-парка настолько выбивается из ряда живых и противоречивых героинь Остен, что остается чувство искусственности построения всего романа. Мне показалось, в Эдмунде и Фанни много шаблонности, а это плохо. С другой стороны, я - читатель двадцать первого века. И должна бы быть снисходительной к морализаторству той эпохи. Все так, если бы это была не Остен - автор, умеющий создавать сложные характеры, поражающие своими метаниями и очень реалистичные. Поэтому "Мэнсфилд-парк" я бы отнесла к однозначным провалам писательницы. Хотя стиль Остен и здесь узнаваем и очень хорош, но все же не так отточен и искрометен, как в "Чувстве и чувствительности" или "Доводах рассудка".

  Мне не по душе заученные мысли и основанные на ложных понятиях о человеческих поступках чувства. Отсюда мое неприятие этого произведения. Мне оно не близко, я бы не выбрала линию поведения такой героини, как Фанни, в действительности. И хотя персонажи - это лишь персонажи, они привносят дыхание жизни в сюжет и мы верим или не верим описанию их психологии. Приемлем или нет. Фанни - вполне живой образ, я прочувствовала ее образ мыслей, но этого оказалось недостаточно, чтобы полюбить ее и историю, рассказанную Остен.

  "Ибо любовь - случайность" (с).

  50

  1,2K