Рецензия на книгу

• 

  CaptainAfrika5 апреля 2019 г.

  Изнутри искажённого мира

  Вообще-то, это очень страшная книга. Хорошая, но страшная. Душная и безрадостная. Не будем брать во внимание совсем уж какой-то нереально оптимистичный и почти сказочный эпилог. Кто сейчас верит эпилогам?

  Евгения Некрасова с этой книжкой очень хорошо вписалась в текущий момент. Сейчас все говорят о буллинге и травле. Нового в этих явлениях ничего нет, да и само детство в культуре всегда изображалось двояко: то как ежеминутное счастье и беззаботность, то как мучительное и безрадостное взросление. Просто сейчас стали смелее высказываться, точнее бить наотмашь. Похоже, автор детально проработала тему. По крайней мере, создаётся впечатление, что она знает, о чём говорит. А мы, признаться, знаем, о чём читаем, представляя вместо Кати - героини книжки - подобную девочку из класса или, не дай Бог, себя.

  Поразительно, но Евгении Некрасовой удалось создать интересную стилистическую иллюзию: читатель почти не видит автора, мы полностью включены в это детское мировидение. Это даже не стилизация под детскую речь. Это мир говорит из девочки Кати, изнутри её детского восприятия. Это по-детски точное и беспощадное высказывание, вскрывающее нелогичность и даже абсурдность внешнего мира. Ведь по логике какой-то всеобщей нормальности учительница не должна смеяться над учениками вместе со всем классом, а родители не должны брать отпуск каждый год, чтобы на полке стояли банки с соленьями.

  Тотальная невнимательность к другим, неспособность проникнуть в тонкий мир другого человека порождает отрицание этого человека. Катя - ребёнок, на первый взгляд, не очень симпатичный. Немного неряшлива, невнимательна, неумна - существо в коконе, ещё не родившаяся бабочка - “невыросшая”. Похоже, Ольга Митиевна - единственный человек, разглядевший Катю. Другие, даром что “выросшие” - не смогли пожалеть, проявить участие, действуя привычными способами запугивания и призывания к ответственности.
  Переживания и чувства Кати, рождаясь в её собственном теле, превращаются сами в подобие монстров, облачённых в тело. Они заполоняют собой всё пространство, искажают его, внедряются во врождённые рефлексы человека, лишая способности двигаться или растягивая секундное действие до мучительно долгого процесса. Это мир, где от страха к нему меняется само тело, искажаются звуки. Деформируется всё.
  
  Окружающее становится пугающим, порождает чудовищ. “Звонок прокукарекал” - это не просто метафора. Это метафора на грани, скребущая своей нелепостью и случайностью на грани с безвкусицей. Но это как раз и важно. “По ушам ударил звонок”; “мама вялым роботом быстро расчесала и заплела”; “выпускала изо рта клубы чисел”; “широкий пустырь телевизора”; “две батарейные трубы жались в углу”. Такие метафоры показывают изнанку мира, его искажённое отображение, кричат об одиночестве и пустоте.

  Обыденность, обычная повседневная суета становится мучительно вращающимся колесом дел, мелких забот: лечь спать, заплести косу, показать дневник, мучительно ждать пустого вечера. Это повседневность, из которой выжаты соки живой жизни, лишённая жизнерадостности и превращённая в бесконечное повторение одних и тех же горестей. Жизнь превращается в ту самую считалку: Катя катится-колошматится, Катя катится-колошматится.

  Вся настоящая жизнь Кати сосредоточена в воображении, которое сполна снабжает её образами. Не случайно любимые занятия Кати (рассматривание потолка, поиски акведука, побег от выдуманной собаки и др.) имеют вид нумерованного списка. Это единственное, что защищает и примиряет с миром. Всё остальное - путаница и неразбериха. Поэтому так настойчиво звучат в книге образы косы, которую заплетают, а она всё равно расплетается. Или варежек, которые должна связать Катя. Но пряжа всё равно путается, петельки не соединяются друг с другом - всепоглощающая путаница, лишь усугубляющая пропасть между миром Гулливеров и Лилипутов.

  46

  8,6K