Рецензия на книгу

• 

  Svetlana-LuciaBrinker2 марта 2019 г.

  Шерлоку на заметку

  В «скрюченном домишке», шедевре архитектурной эклектики, живет замечательная в своём роде семейка. Братья, их жёны, дети, персонал — всё, что полагается почтенной английской «ячейке общества». Ситуация выглядит чинно и достойно, пока патриарха, отца-основателя семейного бизнеса, не убивают весьма хитроумным способом, с подменой лекарств, умело подставив наименее любимого родственника. Впрочем, не исключено, что у того и в самом деле рыльце в пушку. Словом, великолепная Агата Кристи в одном из самых милых её проявлений. Семейные драмы вроде этой — или, например, «Зеркало треснуло» - удаются ей, кажется, лучше всего.
  Можно угадать, кто убийца. Если внимательно прислушиваться к советам отца главного героя и следовать им, разоблачить преступника даже не сложно. Прежде всего, «убийца хочет разговаривать». Автор убеждена: раз злодей не имеет возможности говорить о том, как он потрясающе одурачил полицию, то будет болтать обо всё подряд. Интересно! И не лишено смысла. Решила попробовать проследить за этим разоблачительным моментом в других книжках с криминальным сюжетом.
  Второе правило: „Люди чаще убивают тех, кого любят, чем тех, кого ненавидят. Возможно, потому, что только тот, кого любишь, способен сделать твою жизнь невыносимой». Очень хорошо, пытаемся понять, кто действительно, по-настоящему, от души любил покойника. Круг подозреваемых обязан был бы сузиться, однако не делает этого: старика все любили. Примерно настолько горячо, чтобы укокошить. Придётся снова обратиться к мудрым наставлениям старого следователя Скотленд Ярда, и узнать следующее:
  «Убийцы, в сущности, никогда не испытывают раскаяния… Это, возможно, и есть клеймо Каина. Убийцы «не такие, как все». Они особенные, убийство – зло, но их это не касается. Для них оно необходимость, жертва «сама напросилась», это был «единственный выход». Вот это уже точная наводка, вот тут даже наивные невнимательные шерлоки сообразят, кто злодей.
  И ошибутся. Клянусь, это будет не тот и не та, о которой сейчас думается. На самой последней странице случается эврика, не раньше. Внимание! Не дочитывать эту книжку ночью, велика опасность разбудить родных воплем: «Не-е-ет! Пожалуйста, пусть это будет кто-то друго-ой!»
  Но тут удовольствие заканчивается, и стоишь под лондонским дождём с промокшей от непролитых слёз душой, и думаешь: «4 звезды. Не нравится мне этот убийца! Дайте другого, уважаемая Агата Фредериковна».

  5

  159