Рецензия на книгу

• 

  _mariyka__

  10 февраля 2019 г.

  На эту книгу хочется писать развернутую осмысленную рецензию. Чтобы с умными мыслями, разбитыми на абзацы, с цитатами, с выводами. Но не получается. Потому что мысленно прошла с автором по всем остановкам крутого маршрута, пережила и отпереживала их. И осталась только усталая пустота, а слов нет. Все слова - там, в книге, и сказать лучше или полнее не получится.

  Гинзбург берет читателя за руку и ведет. Начиная еще не 37-ым, а на пару лет раньше, убийством Кирова, послужившим таким удачным толчком к раскручиванию этой карусели. Не зря начало привязано именно к этому человеку - когда ей зачитают обвинение в терроризме, первым вопросом будет: "На кого же я готовила покушение". И притворно удивленный взгляд в ответ: "Вы разве не знаете об убийстве товарища Кирова?" И неважно, что убийца арестован, что вы жили в другом городе, что к этому конкретному случаю вы не имеете никакого отношения.

  Этап за этапом (неуместный здесь каламбур) мы наблюдаем её историю. Начавшуюся не с неё и точно не ей закончившуюся. Притупление бдительности, неразоблачение кого-то из окружающих, "неправильные" действия в ответ - такое начало приводит её в подвал казанского Черного озера. Именно там начинают, только начинают открываться глаза, там случается первая встреча с товарищами по несчастью и первое знакомство с методом ведения допросов. Потом будут Бутырки и Лефортово, ярославская одиночка... Всё еще будет. И будет много разных, очень разных людей в этих камерах. Шокированных происходящим. Принимающих происходящее, как неизбежное. Уверенных, что ошиблись органы только в их случае. Будут в камерах дореволюционные еще меньшевички и эсерки, будет резкий шепот: "Осторожно, здесь беспартийные".

  Неистребимая вера в лучшее, постоянная надежда, причем не только у автора, но и у тех, кого она описывает, кто был с ней рядом. Сейчас это читать горько. Радость после оглашения приговора - не расстрел, жизнь, десять лет одиночного заключения! Пройдет два года и уход по этапу из ярославской одиночки снова будет казаться манной небесной, даже не взирая на условия транспортировки. Ведь это не сидеть в сырой душной клетке, это работать! На свежем воздухе! Скоро, очень скоро хлебнут они этой работы, те, кто доберется до неё живым. И там радостные надежды вновь сменит разочарование. Но она была неистребима эта надежда, где-то в самом дальнем уголке души, ибо без неё нельзя было выжить. Без неё, без этой надежды мирного человека, зека превращались чудовищ - отформатировав душу, потеряв окончательно призрак, несбыточную мечту, сами воспоминания о существовании другой жизни.

  Сама Евгения неоднократно признает в книге свое удивительное везение. Для того, чтобы его увидеть, не обязательно читать книгу. Достаточно взглянуть на годы жизни человека, прошедшего через 18 лет лагерей: 1904 - 1977 годы. Ей повезло: в 37-ом её осудили раньше, чем в обиход вошли пытки. Ей повезло: в Ярославской одиночке не хватало мест - у неё была соседка. Ей повезло: ей попадались неплохие люди среди докторов, надзирателей, конвойных. Ей повезло: её здоровье сдюжило. Ей много в чем повезло и это бесконечное цепочка случайностей, которая каждого человека приводит к жизни или смерти в определенный момент. Не просто привела - привела несломавшейся. Не озлобившейся на весь мир, нашедшей силы жить, нашедшей силы на счастье. Нашедшей силы дарить любовь. Не выжженной изнутри.

  Это была страшная экскурсия, крутой маршрут. Когда смотришь на происходящее широко открытыми, от ужаса, глазами. Но при этом боишься моргнуть, чтобы не пропустить еще один поступок, еще одно лицо. Много, много разных лиц и характеров. И именно оттого, что они разные - от садистов, наслаждающихся чужими страданиями, до рискующих всем за другого; включая тех, кто не выдержал и сломался, тех, кто струсил, тех, кто так и не рискнул понять и признать - именно поэтому в них веришь.

  Но её нужно прочитать, пройти, увидеть. Услышать тюремную азбуку. Задохнуться в душной камере. Пролить очень много - столовую ложку - воды в вагоне с надписью "Спецоборудование". Промерзнуть на лесоповале, пытаясь выработать план, и оголодать, потому что пайку выдают только за выполнение плана. Подняться по лагерной иерархии, достигнуть относительно теплого места и сорваться, выкрав письмо из кармана начальника лагеря. Пройти семьдесят километров одиночного этапа по тайге. Полюбить в этих страшных местах. Освободиться и жить в постоянном страхе. Не иметь по сути никаких законных прав, надеяться на чужую милость, помощь тех, кто не побоится рискнут. Всё время жить с оглядкой...

  20 понравилось

  1,5K