Рецензия на книгу
Балаган, или Конец одиночеству
Курт Воннегут
Omnio9 июля 2011 г.Вчера прочла «Балаган», очередной сатирический репортаж социально-автобиографических или даже, точнее сказать антропологических размышлений одного из моих любимых авторов – Воннегута. Краткая у него получилась зарисовочка, но, сколько же всего уместилось в этом калейдоскопе абсурдной фантазии - начиная от антиутопических планов переустройства мира согласно модели искусственных семей, призванных стать основой нового общества и положить «конец одиночеству», апокалиптической картины краха западной цивилизации, превратившейся в руины, после истощения основных ресурсов Земли, капризов физики и начавшихся эпидемий, которые, как ни странно оказались вызванными неожиданным вирусом – выдвинувшейся на новой уровень нацией крошечных китайцев, свободно путешествующих в пространстве, колонизировавших Марс и овладевших невероятными методами обращения с природой, вроде телекинеза и тому подобных штучек.
На самом же деле, эта книга совсем о другом. Сам К.В. в предисловии пишет, что «Балаган» самая автобиографическая его вещь, однако, на мой взгляд, у Воннегута все вещи настолько автобиографичны, что являются не просто антологией логических метаморфоз его представлений и размышлений о жизни, но и всегда неразрывно связанны именно с физической, непосредственной, конкретной жизнью автора, от чего складывается впечатление, что всю свою жизнь он писал одну сплошную свою автобиографию. Несмотря на то, что Воннегут, не устает повторять, что терпеть не может своей работы – писанины, я в этом ему ни разу не верю. Это один из стилистических рисунков на внешней ширмочке, которую он преподносит читателю в первую очередь – презентационная маска – но стоит заглянуть за эту ширму, и можно увидеть там страх и надежду, проецирующие эти бесконечные столкновения противоречий, которые с каждой новой прочитанной книгой все отчётливее показывают природу блестящего юмора и мнимого безапелляционного цинизма, которые служат, в первую очередь, не орудием убеждения читателя, а диалогом автора с самим собой. Да, в своих книгах Воннегут в первую очередь говорит не с читателем, а с собой. Именно поэтому я не верю ему, когда он говорит, что терпеть не может писанины, ведь для него она является психотерапией, способом жить, понимать жизнь и себя. И весь его цинизм, конечно, не что иное, как попытка преодолеть свой страх, вся его сатира и насмешка над человеческим – глубокое переживание за него. Как говорят, настоящий мизантроп это тот, кому по-настоящему не безразличная судьба человечества. Его излюбленный прием – сочинение рефренов для каждой отдельной книги, вроде «Хей Хо», «Такие дела» и т.д. – не что иное, как своеобразные защитные мантры, отгоняющие отчаяние и принимающие жизнь такой, какой она есть, без лишних усложнений.
Я не верю Воннегуту, и когда он постоянно твердит, что нет никакого бога, нет загробной жизни, что все мы сгнием, съеденные кладбищенскими червями, а потому все вокруг абсолютно бессмысленно, и берется придумывать очередную свою этипафию, для себя самого, для каждого из своих героев, для всех нас вместе взятых. Ведь это еще один прием, побеждающий отчаяние, страх и ужас, незаметно и тихо ступающий за каждым, еще дышащим существом.
«Балаган», своей фантастичностью и антиутопией, больше всего напоминает «Сирены Титаны» и «Колыбель для Кошки». При этом, не открывает ничего принципиально нового в Воннегуте. И все же, это очередное увлекательное путешествие на ступеньку ближе к цветной ширмочке, за которой он расставляет свои волшебные фонари. И на этот раз в центре его внимания – детские переживания, воспоминания о семье, тоска по сестре и размышления о брате. Облаченные в великолепные образы размышления о столкновении микро и макрокосма в процессе взросления человека и его входа в жестокий, надуманный мир условности социума. О том, как человек вынужден принять решение покинуть свой «счастливый астероид» детства, отказаться от части себя и сродниться с маской общественного стандарта, под которой он будет идентифицироваться в новом, большом мире, где так мало места для каждого вновьприбышего. Это не банальное размышление о норме и одиночестве, полное красочных картин и смелых фантазий человека, всю жизнь боровшегося и одновременно пытавшегося примириться со своей собственной маской.
Воннегута я читаю, должно быть, уже лет 10. Небольшими порциями, в строго терапевтических целях. Для меня это лучшее ободряющее средство от тоски и депрессии. Как сам К.В. говорил: «Самые смелые шутки вырастают из самых глубоких разочарований и отчаянных страхов». Юмор – вершина понимания жизни и самое сложное в любом искусстве. Юмор – это «священная простота». Воннегут, на мой взгляд, великолепно владеет этими инструментами так, что они всегда попадают точно в цель. О чем бы он ни писал, после прочтения, никогда не остается тяжелого осадка, напротив, послевкусие его книг – незабываемые яркие картины, легкость восприятия жизни, потому что каждая его книга снова и снова находит путь преодоления отчаяния. Это не взгляд ребенка открывающего для себя огромный мир, это взгляд старика, методично вышвырнувшего из своего дома за ширмочкой все лишнее, и оставшегося наедине со своей икотой «Хей Хо»!423