Рецензия на книгу

• 

  Ludmila888

  4 февраля 2019 г.

  «Виноваты все мы» (А.П.Чехов)

  При первом появлении романа на русском языке он был назван в коротком предисловии "эротическим детективом". Но, например, по мнению В.Пелевина, «в каком-то смысле это обман читателя – под видом щей из капусты ему подсовывают черепаховый суп».

  В «Коллекционере», ставшем визитной карточкой Фаулза, автор показал, как человек способен постепенно, незаметно для самого себя, шаг за шагом, превратиться в садиста и маньяка. Причём главный герой, безусловно, не лишён собственной извращённой логики: «Счастье не купишь. Я это чуть не тыщу раз от тётушки Энни слышал. Ну, только тогда я думал, ха-ха, дайте сперва попробовать. Ну, я попробовал». С первого раза не получилось, но Клегг решил не останавливаться на достигнутом, а продолжить свои попытки: «На этот раз тут уже не будет любви, это будет из интереса к делу, чтобы их сравнить».

  И кто же здесь виноват? Ответ на этот вопрос зависит от ширины и высоты взгляда на сложившуюся трагическую ситуацию. С юридической точки зрения, ответственность должен нести, конечно, Клегг. По большому же счёту и по высшим соображениям, преступник является продуктом общества, а поэтому и общество виновно. «Виноваты все мы» - такой вывод был сделан в своё время Чеховым применительно к каторжному острову Сахалину. Писатель говорил об ответственности каждого за существующий порядок, за общий ход вещей. Показать ответственность каждого за общее состояние дел гораздо важнее, чем свалить всю вину на вне тебя находящееся зло, на отдельных носителей зла. То есть виною всему – мы сами, вернее, созданные нами социальные, политические и экономические обстоятельства. Этот же вывод можно перенести и на сферу обыденных взаимоотношений между людьми. Тема личной вины и ответственности каждого звучит и из уст Фаулза, когда он объясняет свой замысел в «Аристосе» (отрывок из него о «Коллекционере» приведен в комментарии). И сложно не согласиться с таким расширенным взглядом на мир, при котором взаимозависимость людей оказывается гораздо сильнее, чем это может казаться изначально. А за то, что происходит вокруг, больший спрос всегда с тех, кому больше дано, то есть со зрелых личностей. Так что ощущение собственной силы и превосходства должно порождать и повышенную ответственность.

  На мой взгляд, в романе затронуты и личностные, и социальные проблемы, хоть они и взаимосвязаны. Сначала о проблеме личности. Личность либо развивается, либо деградирует. Третьего не дано, так как варианта стоять на месте просто нет. Это если о внутреннем, духовном развитии говорить. То же самое можно сказать о созидании и разрушении. Здесь тоже нет третьего варианта. При неразвитой способности к созиданию и отсутствии творческого начала образовавшуюся пустоту займёт страсть к разрушению. Как считала Миранда, «человек нетворческий плюс возможность творить равняется человеку плохому». И разрушительные страсти развиваются неизбежно, если отсутствуют реальные предпосылки для реализации созидательных. Об этой альтернативе подробно писал Эрих Фромм в «Анатомии человеческой деструктивности». Человек стремится либо строить что-то, либо разрушать. У него всегда есть две реальные возможности: либо остановиться в своём развитии (что ведёт к деградации) и превратиться в порочное существо, либо полностью развернуть свои способности и превратиться в творца. А какая из этих возможностей станет действительностью, во многом зависит от того, есть ли в обществе условия для роста и развития личности. И здесь проблема личности плавно перетекает в социальную проблему. Однако, человек не является, конечно, только объектом внешних обстоятельств. Внешние факторы лишь способствуют или препятствуют развитию определённых черт характера и определённых границ, в рамках которых он действует. Но что возьмёт верх в человеке – любовь или жажда разрушения, - в значительной мере зависит от социальных условий.

  Человек сильно страдает, если его низводят до уровня автоматического устройства, способного лишь к приёму пищи и размножению, даже если при этом ему гарантируется высшая степень безопасности. Он нуждается в драматизме жизни и переживаниях; и если на высшем уровне своих достижений не находит удовлетворения, то сам создаёт себе драму разрушения.

  Кроме того, в наше время наблюдается тенденция, связанная с садизмом, - это страсть к разрушению жизни и развивающаяся привязанность ко всему мёртвому (некрофилия). Это как раз и можно увидеть в герое Фаулза. Вот что думала о нём Миранда: «Ему нужна я, мой вид, моя наружность, а вовсе не мои чувства, мысли, душа и не тело. Ничего, что есть во мне одушевлённого, человеческого. Он – коллекционер. Коллекционерство – огромное мёртвое нечто, заполняющее всё его существо». По мнению Фромма, садист становится садистом, ибо он страдает душевной импотенцией; ему недостаёт способности разбудить другого человека и заставить его полюбить себя; и тогда он компенсирует эту свою неспособность стремлением к власти над другими людьми. Но садизм и некрофилия не являются врождёнными; можно в значительной мере снизить вероятность их возникновения, если изменить обстоятельства социальной и экономической жизни людей. Ведь эксплуатация и манипулирование человеком вызывают не что иное, как скуку, вялость и уныние, а всё, что превращает полноценных людей в психологических уродов, делает из них также садистов и разрушителей.

  Как считал Г.Померанц, вместе с новым добром всегда возникает новое зло (возможно, в качестве своеобразной платы). А пошлость, по его же мнению, - «плата за развитие, за открытие глубин, недоступных среднему человеку, за богатства духа, не влезающие в его голову. История создает на одном конце — сильно развитую личность, а на другом — пошляка. В примитивных обществах нет ни гениев, ни пошляков».

  «Всё зло в мире составляется из таких малых капель. Глупо говорить о незначительности этих малых капель. Капли в море и океан – это одно и то же» (Фаулз «Коллекционер»).

  64 понравилось

  4,9K