Рецензия на книгу
Волхв
Джон Фаулз
nonchalant7 июля 2011 г.“The Magus” by John Faules
Я всегда думала, что о любви красиво писать могут только женщины. По этой причине женские романы я обычно обхожу стороной – соленые водовороты страстей и цепкие щупальца разбитых душ оставляют меня равнодушной; эта «красота» не цепляет меня, я начинаю считать голубей. «А как же знаменитый Николас Спаркс?» С мужчинами происходит нечто другое: они умеют концентрироваться на главном чувстве или даже эмоции и проносят это ощущение через всю книгу – отличный пример «Мосты округа Мэдисон» Уоллера. Я нахожу гораздо более приятным попасть в холодный бодрящий поток, нежели продолжать бултыхаться в запруде. Мужчины пишут более цельную литературу, спуская лишний балласт за борт, а не в трюм, как это делает большинство женщин. Только начиная читать Фаулза, я уже отмечала, что для мужчины он слишком необычен. После “The Magus” я уверенно могу сказать, что Джон – это женщина, пусть и в мужском обличье. Я не знаю, был ли Джон гей или, напротив, жуткий казанова (их может занести на подобное), но когда он начинает писать, в нем просыпается женское «я». Единственный мужчина, который пишет как женщина. Фаулз пишет красиво. Ради трех строк смысла он выдул огромный воздушный шар, привязал к нему корзину, подвесил горелку и полетел в небо. Читателя также уносит от земли, когда читаешь этот роман. Правда некоторые не выдерживают и бросаются за борт, вниз, совершают самоубийство в глазах Фаулза и тех, кто уже преодолел это воздушное путешествие. Однако, сидя в корзине, не думаешь, что проходишь испытание на прочность. Мысли поглощены только тем, какой Джон идиот, что запустил шар в воздух, а как спускаться – не подумал. Не знаешь, что в конце романа тебя ждет другой мир, куда причаливают только самые отважные на воздушных судах. Экзайл – вот что захотел найти Фаулз, вот чем хотел обладать, вот почему держит путь прямо в Grand Stream. Те, кто проходят испытание Волхвом, вознаграждаются мистериумом – эпилогом из латинских строк, которые, кажется, познать по-настоящему без предшествующих им восьмисот страниц - невозможно.Мне было тяжело читать Фаулза по двум причинам – меня страшно бесил «Бог» и выводила из себя солнцеликая Греция. Наверное, Кончиса я раскусила еще в самом начале – сразу родилась к нему неприязнь. В предисловии Л. Сумм писал, что читатель поначалу идет впереди Николаса, который ничего не понимает в происходящем. Однако я, казалось, не понимаю еще больше, чем «глупый» Эрфе. Я пребывала в крайней растерянности. На этом «безрыбье» я держалась только благодаря Алисон – она мне очень нравилась. К сожалению, скоро на главном плане оказался один Фраксос – это было для меня пыткой. Я долго читала, возненавидев про себя Грецию, но после прочтения поняла, какое мастерство – раскрыть в таком объеме три строчки. Фаулз рассек душу и вложил туда свой опыт, который теперь никогда не забудется. Очень трудная книга, браться за нее «отвести душу» - не стоит.
1550