Рецензия на книгу
Язычники
Анна Яблонская
ComdenSubgeneric26 января 2019 г.Кто такой язычник? Это тот, кто делает себе кумира и почитает его, как бога. И совершенное не важно, насколько "высоким" будет этот кумир: у Боцмана кумир - водка, у Олега - музыка и кларнет, у Натальи - все "святое", у Кристины - любимый. У Марины можно сказать, что деньги, хотя скорее ей свойственно эмоциональное выгорание, а потому даже нельзя сказать, чтобы она верила во что-то или в кого-то. И в этом смысле нет противопоставления Натальи и всех остальных как язычников. Это противопоставление поверхностное, но это лишь соревнование одного кумира с другим, чей кумир круче. Не случайно, что и отношение к Богу у Натальи, как и у всех остальных оценивается прежде всего через "мирские" ценности: здоровья, материального благополучия. Именно мирское налаживание жизни воспринимается всеми как чудо. Но это не имеет ни малейшего отношения к духовности, чисто языческое отношение к религии. Одной лишь Кристине такой христиано-языческий Бог не может дать ничего взамен любимого. Остальным по большому счета и терять-то было нечего, поэтому они так легко и обращаются в "веру". А у Кристины, хотя и несчастливая, все же есть ее любовь, которая внутри нее, а не вне, поэтому она и выглядит более духовно на фоне остальных. Но это лишь придает силу ее языческой веры в любимого как объект почитания, но не настоящая духовность.
Это "обращение" язычников является псевдодуховным даже не столько потому, что оно поверхностно. Они как бы продаются за кусок сахара (как Марина и Олег) или подо влиянием угрозы (как Боцман). Оно не настоящее, поскольку... не свободное. Это насильное спасение, как в "Заводном апельсине". Бог выступает дрессировщиком: обращаешься к нему - кусочек сахара, пытаешься нарушить - наказывает. Без свободы не может быть настоящей духовности.
Все они язычники еще и в том смысле, что для них есть только их кумир (у каждого свой), и поэтому они не видят близких людей. Это противоположность христианскому "возлюби ближнего своего". Наталья не видит людей, она видит все только сквозь призму своих понятий. Так же не видят близких и Марина, Олег, Кристина. Они выходят из этого состояния нелюбви только после катастрофы, вызвавшей крушение всех их кумиров и показавших реальные ценности. Любовь как реальную ценность. Не любовь как одержимость кем-то или чем-то, а любовь как внимание к близким, разделенность бытия с ними (или осознание того, что этого уже нет, как у Олега).
Собственно, и спасает Кристину не маска. Спасает любовь, которая в мертвой вороне, которую можно прочитать как символ богооставленности, крушения всех идолов, в музыке, играемой отцом, в маске, которая связана через реферат и выбор религиоведения с ее возлюбленным, в молитве Натальи. Кажется, что спасает именно возвращение к язычеству, но не думаю. Спасает любовь, которая хотя и в искаженном виде, но присутствует во всем этом. Именно она несет жизнь. И является ею. И является духовностью. А не одержимость чем-либо.
4542