Рецензия на книгу

• 

  PorfiryPetrovich23 января 2019 г.

  Над всей Россией облачное небо

  А ведь автор "Ненастья" и нескольких других литературных произведений, уральский писатель Алексей Иванов лично встречался с ним. Это очень редкое явление, не каждый российский литератор может похвастаться таким знакомством. Значит, Иванов это чем-то заслужил. Чем же?

  О хорошем. Иванов неплохо описал в своем романе российский город-миллионник за Уралом, прячущийся за вымышленным названием Батуев. Там, за Уральским хребтом, и российский воздух как-то посвежее, что ли. Впрочем, для писателя-провинциала, пожившего и в Екатеринбурге, и в Перми (скорее всего, прототип г. Батуева -- все же Е-бург) это хорошо знакомая натура.

  А теперь перейдем к делу. Ну, во-первых, "Ненастье" дешево и вторично, как мочеподобное пиво "Балтика №3". Роман "Первая кровь" о ветеране Вьетнама Рэмбо, мстящем своим обидчикам (более известна, конечно, экранизация с Сильвестром Сталлоне в главной роли) американский писатель Дэвид Морелл выпустил в свет еще в 1972 году, когда писателю Иванову было только три годика от роду. Да и в СССР-России в перестройку вышло несколько сценариев и фильмов про "афганцев", вернувшихся в родные края и "молча поправляющих всё". По-моему, какой-то лентой на эту избитую тему отметилась даже киностудия то ли "Казахфильм", то ли "Туркменфильм", помню только, что смотрел по телевизору какую-то очень и очень экзотическую даже по тем временам ересь, с драками и стрельбой. Чуть позже, уже при Ельцине, появились картины "Брат" и "Брат-2". Тут, правда, в качестве героя фигурировал не бывший "афганец", а, как дали тогда понять зрителям авторы фильмов, ветеран первой чеченской кампании, но это сути дела не меняет.

  Отлично помню, как после выхода фильма, в котором главный герой Сергея Бодрова-младшего смачно убивал негров и украинцев, оживились и повеселели "совки". По душе им это все пришлось, по сердцу. Как смаковали известную сакраментальную фразу главного героя Данилы Багрова: "Сила в правде"! Для памяти дам полную цитату: "Вот скажи мне, американец, в чём сила! Разве в деньгах? Вот и брат говорит, что в деньгах. У тебя много денег, и чего? Я вот думаю, что сила в правде: у кого правда, тот и сильней! Вот ты обманул кого-то, денег нажил, и чего -- ты сильней стал? Нет, не стал, потому что правды за тобой нету! А тот, кого обманул, за ним правда! Значит, он сильней!" Разумеется, слова "сила в правде" -- это просто нонсенс, обычная советская бессмыслица, этакие подмосковные шорохи. Даже если бы брутальный Данила в киноленте сказал не "сила в правде", а "пися в жопе", и то, в такой, признаем, грубой сентенции было бы куда больше смысла (по крайней мере, определились бы гендерные предпочтения киногероя). Вот если бы было наоборот, "правда в силе", то тут бы и тот самый плохой американец из фильма очень даже с тезисом согласился. Это ведь логично. Американцы это прекрасно знают. Именно поэтому у них в строю десять авианосцев, а у РФ -- всего один, да и тот старенький-латаный, еще советский... Писатель Иванов, кстати, тоже большой любитель погундеть о справедливости.

  Для меня неудивительно, что на сценарий Иванова коршуном бросился режиссер Сергей Урсуляк (лауреат двух премий ФСБ -- за "Ликвидацию" и "Исаева", это вам не хухры-мухры!). Дело в том, что книга Иванова хорошо работает на современный миф о "лихих 90-х", выполняя некоторые важные отвлекающие маневры. Так, кстати, на пару, работают в крупных торговых центрах и на рынках профессиональные воры-карманники: один как бы случайно толкает "клиента", а второй в тот же момент "подрезает" у лоха бумажник. Впрочем, и Иванов, и Урсуляк дают картинку в полутонах, этого у них не отнимешь. Например, в романе провинциальный капиталист-антигерой Щебетовский -- бывший кагебешник, правда, не первой величины. Усатенькие воины-интернационалисты -- не однозначно "хорошие парни". А главный герой книги -- "афганец" Герман, уже в наши дни (точнее -- в 2008 г.) грабит инкассаторский броневик. Понятно, что лобовая пропаганда антиельцинизма работает все хуже и хуже, всех теленовостями и ток-шоу не лоботомируешь. Поэтому тут требуется некая тонкость, тут нужны мастера культуры. При этом именно Ельцин, подтвердивший для России демократические свободы, а до этого Горбачев, объявивший glasnost, вообще-то дали писателю Иванову возможность написать книжку про воинов-"афганцев". Ведь ранее, при СССР, их привозили из Афгана в цинковых гробах и негласно, без почестей, хоронили. А провинциальный журналист по первой профессии Иванов, не будь реформ 1990-х, писал бы совсем не романы, а строчил в региональную газетку заметки о трудовых буднях металлургов Урала или хлеборобов Сибири. Черный миф о 90-х годах, когда и сколотили капиталы заправилы вымышленного российского города Батуев, где развивается действие романа "Ненастье", сегодня по-прежнему ой как важен! Ведь секрет и главная тайна нынешнего длительного правления состоит в том, что ДЕГРАДАЦИЯ НЕ ПРЕОДОЛЕНА. Только при Ельцине все происходило шумно и буйно, на людях, с пьяными танцами и дирижированием оркестрами, а сегодня -- втихую. Но тогда (и в этом мне особенно обидно за ту зверскую, но доверчивую эпоху) все же одновременно "расцветала тысяча цветов", на поле культуры росли какие-то новые, трогательные и кривоватые, но наши, наши! -- сезонные незабудки и ромашки. Да что я тут -- отнюдь не только одни лишь мелкие незабудки расцветали. В конце 90-х, при еще живом Ельцине, чуть ли не одновременно "выстрелили" культовые сегодня романы Виктора Пелевина "Чапаев и Пустота" и Владимира Сорокина "Голубое сало". Сейчас Пелевин и Сорокин -- главные современные русские писатели, только вот живут они оба почему-то за рубежами РФ.

  В начале 2000-х незамысловатые ельцинские незабудки и ромашки были потоптаны, когда толпа просоветских обезьян с гиканьем вернулась во все сферы жизни, в том числе в культуру. В результате на поляне остался один Кобзон, да и тот недавно помер. А деградация тем временем идет себе, идет... Я поясню, чем она страшна. Вот живет некий Уася, пьет привычно аптечную настойку боярышника. Худеет, желтеет, у него развивается цирроз, ткани его печени постепенно заменяются на жир. А затем вдруг происходит "качественный скачок" и Уася переходит в иное "агрегатное состояние" и лежит себе тихо никому не нужный и мертвый в неструганном деревянном гробу. Или вот, скверный советский мост в провинции, из плохого бетона и ржавой арматуры, построенный еще в 70-е годы прошлого века пьяными строителями. Стоит, осыпается потихоньку, ржавеет... А потом происходит "качественный скачок" и... Ну, дальше ясно. Да, рушатся мосты, падают вертолеты, взрываются от утечек бытового газа жилые дома. При товарище Сталине за все это безобразие сделали бы крайними "врагов народа" и "вредителей", расстреляли бы невинных людей. Сегодня, слава Богу, не расстреливают, а предпочитают замалчивать, замазывать, на плохие новости наложено табу. "Все хорошо, прекрасная маркиза...". Нет, кое-что в СМИ появляется, но дикторы говорят при этом на особенном, на "птичьем языке". "Произошла жесткая посадка вертолета...". Значит, следует понимать, что очередной старенький "Ми", где-нибудь на Северах, разбился в авиакатастрофе. "Зафиксирован хлопок газа...". Тут уже понимаешь, что страшным объемным взрывом газа где-то начисто вынесло квартиру, а то и весь жилой дом снесло. Тем яснее, чем сегодня власти так ценен писатель и сценарист Иванов со своей картинкой 90-х.

  А во-вторых, литератор Иванов -- несомненный нудник. Это же надо было постараться, написать такой вполне профессиональный, но все же нудный, в помеси с социальной драмой, боевичок! Уже представляю себе, что автор нагородил в своей региональной исторической эпопее "Тобол". Он именно что не зануда, а как о таких типажах говорят русскоязычные израильтяне, "нудник". Кстати, "нудник" -- хорошее, емкое слово, верю, что оно войдет и в российский лексикон, и в "личное дело" писателя Иванова.

  18

  1,6K