Рецензия на книгу
Ночь нежна
Фрэнсис Скотт Фицджеральд
Violes22 января 2019 г.Сообщающиеся сосуды по имени ДИКОЛЬ…
Как много сказано о романе «Ночь нежна» Фрэнсис Скотт Фицджеральд . И про его автобиографичность, и про отражение эпохи «потерянного поколения», и про классовое неравенство… Автор настолько искусно переплел идеи и контекст, что дал каждому из нас почву для размышлений.
Один из вопросов, который лично меня не оставлял в покое, был связан с теплым отношением к человеку с психическим заболеванием. Была ли это толерантность, заложенная культурой того времени? Или это было проявление глубокой любви, не видящей изъянов? Или все же это романтическая тяга к эксцентричным личностям, которые позволяют себе в поведении то, что не может позволить большинство из нас?
Наряду с этим я рассуждала и о самопожертвовании во имя спасения других. Нужно ли оно? И кому? Почему мы так часто находим себя в спасении близких, и теряем, когда спасать больше некого. Почему на спасение других мы бросаем тяжелую артиллерию, а для спасения себя не хотим воспользоваться даже малокалиберным Вальтером.
Еще один вопрос, на который я пыталась найти ответ, затрагивал факторы, провоцирующие начало конца в жизни человека. Возможно ли их разглядеть и можно ли сопротивляться обстоятельствам? Как кризису среднего возраста удается сломить даже самых стойких?
«Почему ты дала себе так распуститься?»– спрашивает Дик Дайвер у Николь после очередного рецидива.
«Почему ты позволил себе так распуститься?» – спрашиваю я у Дика Дайвера в конце романа.
Я много размышляла над ответами на эти вопросы и все время возвращалась к одной и той же мысли:
«Так ли уж ночь была нежна, если она закончилась не рассветом, а закатом человеческой жизни?»
Очевидно, что ответа на этот вопрос нет. Но все же порассуждать об этом нам никто не запретит.
Итак, давайте знакомиться – ДИКОЛЬ. Именно так когда-то, в первые годы своей любви Дик и Николь подписывали письма друзьям и знакомым.
Они были единым целым, подпитывали друг друга как сообщающиеся сосуды. Когда все было гладко и их сосуды стояли на равной поверхности, они представляли собой идеальный баланс любви, эмоциональной и интеллектуальной близости. Казалось, что все законы физики поддерживали это брак.
В период же качки, когда сосуд Николь наклоняла болезнь, и ей нужны были силы и поддержка, они щедро лились из сосуда Дика. Он жертвовал своей карьерой, принимал не свойственный ему образ жизни, с достоинством переносил нападки сестры Николь – Бэби. Все ради того, чтобы обрести жизненно необходимое им равновесие.
От близкого человека зависит, рухнешь ли ты на землю с разбитым сердцем или взлетишь от счастья на седьмое небо. И для этого ему достаточно протянуть руку… И Дик протягивал свою руку помощи Николь. В его поступках не чувствовалось жертвенности. Ни жалоб, ни упрека, ни слезы.
Но шли годы и сосуд Дика дал течь. Сложно сказать, что вызвало трещину. Попадая в эмоциональные отношения с алкоголем, ты постепенно отдаляешься от всего значимого в твоей жизни. И так произошло с Диком. Вначале он отдалился от работы, потом от друзей, и, наконец от Николь.
От близкого человека зависит, взлетишь ли ты от счастья на седьмое небо или рухнешь на землю с разбитым сердцем. И для этого ему достаточно на мгновение отпустить руку… И Николь отпустила. Она не заметила тот момент, когда через треснувший сосуд стала вытекать жизнь Дика Дайвера.А теперь возвращаясь к исходным вопросам.
Любил ли Дик Дайвер свою жену? Без сомнения, да! Ее шизоидный тип личности манил его. Он видел в Николь что-то притягательное, эксцентричное. Он поддавался ей. И, возможно, это было то, с чем он в последствии не справился. То, что дало начало маленькой трещине в его сосуде.
Зачем в жизни Дика Дайвера было столько самопожертвования? На словах Дик мечтал стать выдающимся психотерапевтом, на деле – он мечтал растворяться в людях. Самопожертвование было смыслом его жизни. Он дружил с Эйбом Нортом – потерявшимся алкоголиком. Он испытывал любовь и преданность к Николь в болезни, и остывал к ней, когда болезнь отступала. Он влюблялся в Розмэри, когда она представала перед ним беспомощной юной девушкой, и забывал о ней, когда осознавал ее самостоятельность. В конечном итоге, Дик стал терять друзей и женщин, которых опекал. Его друг-алкоголик Эйб Норт погиб. Николь исцелилась и почувствовала свою силу. Розмэри – выросла и стала самостоятельной сильной женщиной. То, ради чего жил Дик Дайвер, исчезало. Он стал терять себя. А тот, кто всегда спасал чужие жизни, не знает, как спасти свою. И трещина в сосуде Дика Давейра стала разрастаться.
Мог ли Дик вовремя заметить, что его жизнь надламывается?
«Внешне все некоторое время остается по-старому после того, как внутри пойдет трещина»И это так. Столько факторов было упущено, столько условий нужно было соблюсти, чтобы остановить начало конца. Трещину уже было не остановить.
И последний вопрос? Могла ли Николь спасти Дика, могла ли наполнить его своей любовью? Я думаю, нет! Разве что ценой своей жизни.
Когда один из сообщающихся сосудов дает течь, выжить двоим нет никакой возможности. Трещина была такой большой, такой многовекторной, что вся любовь и жизненная сила Николь вытекла бы наружу, так и не сумев наполнить этот дырявый сосуд. Гибель обоих была бы неизбежна.
Но Николь спаслась. Она вовремя обрубила связь с Диком, не успев уничтожить свою жизнь и сохранив в своем сердце любовь и теплые воспоминания об их браке.
Жизнь Дика Дайвера не прошла даром. Его сосуд наполнил сосуд Николь. И это своеобразный Happy End.
А ведь, согласитесь, могла бы быть и трагедия.Содержит спойлеры
12 понравилось3,4K
