Рецензия на книгу

• 

  s_pumpkin2 декабря 2018 г.

  Книги и фильмы о художниках и прочих творцах не редкость, истории, посвящённые спутникам жизни признанных и не очень гениев, также появляются все чаще и чаще и приобретают всю большую популярность, позволяя сместить ракурс на находящихся за спиной у тех, кто привык бывать на свету. Но вдруг музой для артиста оказывается провинциальная полупарализованная старая дева изрядно преклонных лет? На что похожа жизнь лица целого направления в американской живописи? О ней, Кристине Олсон, рассказывает “Картина мира”.

  Для человека, далекого от мира искусства, как я, пуританская сдержанность является узнаваемым образом по картине “Американская готика”, на которой изображена семья фермеров, изнуренных тяжёлой судьбиношкой. Словесным её выражением можно назвать роман Кристины Клайн. Главная героиня, её тёзка, стоически переносит все то, что уготовили ей высшие силы. Из-за появления на свет в постепенно вырождающейся семье, Кристине Олсон на роду написано быть в услужении на домашней ферме вместо того, что посвятить себя учёбе. По причине скромного происхождения и противоречивого характера ей сложно или даже практически невозможно устроить личную жизнь. А постепенно развивающееся нейродегенеративное заболевание в прямом смысле этого слова лишает почвы под ногами и способности ходить. Повествование Клайн ведётся в нескольких временных плоскостях, описывая с одной стороны ее своеобразную дружбу с художником Эндрю Уайеттом, а с другой - цепочку событий, приведших к тому, что героиня живёт вдвоём с братом Алом в полуразрушенном запущенном донельзя доме. Описание детства главной героини по тональности немного напоминает аннотацию “Дерева растёт в Бруклине”. По идее в честной бедности тоже есть свое очарование, вот в этих вот всех незамысловатых забавах суровой местности, в душевных байках бабушки, в семейном труде плечом к плечу. Но вместе с тем, как взрослеет героиня, ожесточается её сердце от столкновения с недружелюбным внешним миром, так и меняется тональность книги в главах, рассказывающих о Кристине-современнице Уайетта, где она превращается в равнодушную стерву, живущую по принципу “Не верь, не бойся, не проси”. Клайн талантливо передаёт особенности житья-бытья с помощью описания ветхих занавесок, пятен на юбках или требующего замены постельного белья на фоне очаровательной Ракушечной с морскими находками или затеи ребятни с покраской всего и вся в любимый мамин синий цвет для поднятия её настроения во время послеродовой депрессии. Клайн предполагает, что именно этой сохранившейся девочковостью под ледяным выражением лица, простотой и честностью помыслов и чувств Эндрю Уайетт и оказался по-настоящему вдохновлен.

  Наверное, российскому читателю найти коннект с этой книгой будет сложнее, чем заокеанскому. Слишком уж на многих крючках из мелкой истории и культуры США завязана “Картина мира”. Например, семья Кристины Олсон - прямые потомки судьи, известного по салемскому процессу, в котором пострадало много одиноких независимых женщин, а Кристина Олсон вынуждена была прожить жизнь, что ей была суждена, несмотря на то, что умом была способна на большее, чем раздача корма скоту и сбор яиц из-под курицы с утра пораньше. Сама же по себе пуританская идеология даёт понять, почему же, с учётом всего прозошедшего Кристина смогла вынести все испытания, например, с возрастом из-за отказавших конечностей она могла лишь ползать, а по лестнице полжизни забиралась с помощью локтей. Для взрастившей Кристину семьи привычным желанием было довольствоваться скудным - спасибо и на том, что способна хотя бы на такой способ передвижения. В иллюстрации скромной ежедневной рутины этой женщины скрывается он (и нет, это не столь популярный нынче феминизм), а самый обыкновенный Характер (который, к слову, отсутствовал у неудачного любовного интереса героини). Может быть, нам всем стоит посмотреть на “Мир Кристины” её же глазами.

  16

  809