Рецензия на книгу
В лесах
Павел Мельников
Maple8115 ноября 2018 г.Как-то попалась мне в руки книга про старообрядцев, про их тайные скиты, да преследования всякие. Наверное, во времена Петра I дело было, уж больно хоронились они, да не помогло. Обрадовалась сначала, думала, много интересного узнаю. Ан не так оказалось. Сюжетная линия была вокруг ГГ построена, который туда попал случайно. Как скит разорили, сбежал он оттуда и никого не пожалел, ни людей, его приютивших, ни женщину, которая ему близка стала. Как-то и свернула книга в сторону, о другом сказ пошел, а я к ней интерес потеряла, и продолжение читать мне не захотелось. Да и вообще, надо сказать, в петровские времена так лихо расправлялись со старообрядцами, что длинный роман построить бы уж никак не удалось, максимум год удалось бы нашему герою пожить в обители, а то и нескольких месяцев было бы довольно. Просто удивительно ка несмотря на гонения и самоподжоги некоторые скиты уцелели.
В этой книге речь ведется о временах более мирных. Конечно, старообрядцев официальная государственность до сих пор не приветствует, но и смотрит на них уже сквозь пальцы. Дает возможность жить, хотя и с оглядкой. Если крупных чиновников городка подмажешь, то можно дома и обряды служить. Но, на бога надейся, а сам не плошай, лучше все же выставить караульных у забора, пусть предупредят, если чужие люди во время службы на двор сунутся. Опять-таки, время от времени вспоминают о них в Москве и грозят всякими проверками: соблюдается ли старый указ, чтобы новых скитов не строить, те ли люди в скитах живут, что к ним приписаны или еще народу всякого лишнего поднабралось? Но в целом жизнь куда более покойная. И автор у нас оказался достаточно добрым. С одной стороны, стремится он показать жизнь как она есть, так что и негодяи у него на страницах появляются. Впрочем, негодяи ли? Никого он единым цветом не мажет. Всю жизнь покажет, как человек таким стал. Если сейчас неправое дело творит, так грехом это почитает, но и раскаяться право дает. И в совершенно мирском смысле, и в более глубоком, с церковной схимой, когда рассказывает историю бывшего разбойника, а потом святого старца, которому был отпущен долгий срок жизни, чтобы успеть замолить свои прегрешения (сразу вспомнилась песнь про Кудеяра-атамана).
Как вы понимаете, вся книга стоит на религии, но, что самое удивительное, это меня совершенно не раздражает. Пожалуй, так писать удавалось только Лескову. Про его попов я тоже читаю с интересом, правда там этому способствует его юморок. Печерский же серьезен в своей книге, как и положено опытному, много повидавшему мужу. Зря зубы скалить ему не с руки, эти пусть молодежь безмозглая занимается или пустобрехи всякие. Но он берет другим. Рассказывая, он говорит будто бы со стороны, не пытается поучать, "читать мораль". С равным интересом мы внимаем остудливым речам матушки Манефы и задиристым наскокам Фленушки. Попадаются вроде бы и пустые люди, как Василий Борисыч, которому в келейках со старицами неинтересно, а бегать бы с белицами на лугу, да песенки распевать. Но и он временами очень даже меня забавлял, со своим коронным: ох, искушение!
А главным героем книги я, конечно, вижу Чапурина. Этакий могучий купец, строгий хозяин, живет по старой вере, в дому требует порядок, а все ж не слишком строг к домочадцам, только вид напускает. Алексей, который изначально казалось бы должен был стать главным героем, на такого не вышел. Совсем иначе повернул автор свой роман. В начале это пригожий, да родителям послушный молодец, но как только в мир вышел, миром был обласкан, так и забыл о наставлениях, пустился в погоню за золотым тельцом. И смех, и грех на него смотреть. Кульминацией была его беседа с Колышкиным, как чванился он, как капиталом хвалился, какие угощения сулил. А как про родителей речь зашла, так мне сразу гномы вспомнились. Недавно у Пратчетта прочитала про такой их обычай: перед тем как свадьбу сыграть, надо родителям отработать то, что они тебя вырастили. Выплатить сумму драгоценными камнями, а потом можно и свой дом ставить. Забавно это было слышать, и герой-человек тоже этому рассказу гномьему удивлялся. А по этой книге посмотришь, многие так и делали. И Алексей говорит, что с отцом в расчете, денег достаточно в дом принес. Ну, да бог бы с ним одним. Но ведь немало уделено в книге места и рассказу про свадьбы уходом. Родители дочерей своих замуж не отпускали, оставляли их как работниц в доме. Пока хлеб-соль не отработает, на сторону не отдавать. А в тридцать лет по тем временам замуж не очень-то уж и выйдешь. Так что бегали девки из дому замуж не только за любимого, а практически за любого, кто захочет взять, чтобы хоть как-то судьбу свою устроить, своим хозяйством зажить.
Так вот, а Чапурин, хотя и хвастлив слегка, почет любит, уважение (и поклонение), при этом купец добрый и щедрый. Слава богу, при этом он еще обстоятельный и толковый, так что на кривой козе не объедешь, просто так в силки не заманишь, все капиталы попусту не высосешь. А сам делится ими изрядно, по-божески живет. Сестре своей в ее обитель многие суммы сносил, сиротам, да на праздники всякие, кого из мужиков за рачительного хозяина знает, тому не жалеет денег дать, а то и долг простить. И с Алексеем он удивительно щедро обошелся. А вот женской души ему никак не понять, бедному. Впрочем, дочерей он любит, скорее, как кукол, а не как живых существ, как в ту пору и было положено. Вот и думает, что сам распоряжается их судьбами, но ни с одной, ни с другой не прав он в этом. И не то, чтобы девки попались ему слишком бойкие, а как раз от незнания жизни, от запирания в терему, так и падки были девушки на любой ласковый взгляд, на соломенные вихры, на задорную удаль или сладкий голос, а если ничего нет, так и выдумать можно, только бы на них внимание обратили. А, имея при себе такую подруженьку как Фленушка, которую бы сейчас в представители феминистического движения, на такие шаги они пускались, до которых сами бы они и в мыслях не дошли. А сама Фленушка, как и Алексей, больше раскрываются во второй половине книги. Если один из честного парня превращается в прощелыгу, которому бы сладко есть и крепко спать в золотом дому, то другая из непоседливой смешливой егозы, о поступках своих по младости лет еще не очень задумывающейся, превращается в сильную, но мятущуюся натуру из тех, кому было сложно реализоваться в то время. Быть покорной женой она бы не смогла, а верной и любящей - могла бы, да только тогда всю энергию ее надо было бы в другое русло направить. Могла бы она со временем и матушку Манефу сменить, но не сейчас, слишком много в ней юного задора и сумасбродства, с келейным спокойствием несовместимым.
Некоторые из наших героев сошли со сцены, на их месте появились другие. Странные и незнакомые, они начинают играть все большую роль в повествовании. Может быть, им предстоит занять главную роль во второй части дилогии? Но пока о них рано говорить подробнее, автор нам лишь постепенно показывает людей. Если бы мы писали об Алексее, прочитав лишь первую треть романа, совсем другие слова на его счет бы говорили.
И, заговорившись о характерах героев, совсем не упомянула я о главном аспекте этой книги. Кто-то скажет о нем теплое слово, для кого же он окажется лишней докукой. Очень много в романе описаний, отступлений, рассказов о народных обычаях и обычаях староверов. Если праздник мирской какой близится, то автор все расскажет, и откуда пошел он, и как отмечают, и какие песни поют, и в какие игры играют. Если в скиту какая дата торжественная подошла, то опишет, какие книги читают, что поют, какие покрывала стелят, чем они вышиты-вытканы, что на стол подают, да кого приглашают. Уникальный материал с точки зрения культуролога. И, честно говоря, совсем не скучно это читать, автор вещает планомерно, но не монотонно, красивой узорной стариной веет от этого, старыми нянюшкиными сказками, ушедшими безвозвратно днями.17420