Рецензия на книгу

• 

  Grechishka

  4 ноября 2018

  У горизонта растворялся день.
  В небесных чертогах потемнело настолько, что сестрички-северные сияния смогли приступить к своему оживленному вуалевому танцу.
  Завораживая игрой красок, порхали они по огромной небесной сцене - легкие, быстрые, в сверкающих небесных платьях, и от их шаловливых поскоков туда и сюда разлетались жемчужные ожерелья. Такие представления ярче всего сразу после захода солнца.
  Потом упал занавес, и к власти пришла ночь.

  К моим невероятным мечтам, которые возможно (я буду надеяться) когда-нибудь исполнятся, добавляю еще одну - увидеть полярное сияние в Исландии. Повесть-притча, причудливая история Исландских земель меня покорила! И это первая книга, которую я прочла об Исландии - суровой и прекрасной. Подскажите, где еще найти столько описаний пустынных снежных просторов, на которых попадаются одинокие охотники, женщин с причудливыми именами (как они выговаривают - то Науль Валдимарсдоттер!), обычаях лечить и хоронить, горных пиков и чаш, имеющих названия скандинавских богов. Мужчины Исландии настолько суровы, что собираются на охоту, как в последний путь, ведь с тамошней природой шутки плохи! И пусть теперь кто-то упрекнет меня, что я кутаю потеплее своего ребенка!)
  

  
  На охоту сьеру Бальдура собирала его мать. На нем было нижнее белье из домотканого сукна - такого плотного, что если его поставить, оно могло само стоять, нательная сорочка из заячьей шерсти, две вязаные кофты: одна потоньше, другая - теплющая, датские штаны, три пары вязаных носков и башмаки из тюленей кожи с мехом. Поверх всего этого он также был одет в в кожаные штаны и двубортную кожаную куртку с пуговицами из китовой кости. Но самое главное - Науль снарядила своего сыночка собственноручно связанным ею шарфом.

  А если без шуток, то это маленькая драма, раскрывающая тайну, связывающую двух почти одновременно умерших людей: пастора Бульдуры и молодой дурочки с хутора Аббы. Это заклятье полярной бурой лисы, наложенное на погибель. Этой вой исландского хищника из местных поверий, выслеживающего очередную жертву. Картины и звуки из этой книги настолько яркие, что я слышу грохот падающей на человека лавины, вижу чернобурую лисицу, выжидающую на камне, а еще вижу неутешного молодого человека читающего стихи о птицах над гробом любимой.

  Скандинавия мрачна, немногословна и притягательна. Как меня затягивает ее проза и поэзия!
  

  
  

  Ничего не скажу я тебе
  об этой стране.
  Я не слагаю патриотических песен
  о водопадах, гейзерах и пещерах,
  о коровах, овцах,
  о героической борьбе
  и суровом климате.

  Нет...Но встань-ка рядом со мной
  в темноте. Вдохни глубоко,
  почувствуй ее теченье,
  а после скажи:
  Здесь мой дом. (Ингибьёрг Харальдсдоттир)

  26 понравилось

  894