Рецензия на книгу

• 

  Melkij_Parazit17 октября 2018 г.

  Три книги из четырех прочитаны. Все больше и больше упоминаний основной интриги, все чаще встречаются отсылки к славянской мифолоигии или просто всяческие страшилочки, отлично работающие на атмосферу произведения.
  В целом, мне нравится прорисовующийся сквозной сюжет, мрачность этой истории (люблю такое))), но совершенно не нравится исполнение.
  

  • Название. Вот что означает "третий лишний"? Третий Зосин жених? Т.е. второй - само собой на месте, а вот третий - как-то перебор? Двоемужество, вроде, в царстве Росском не в чести...
  • Многоточия. Каюсь, грешна, сама их люблю - жуть просто! Но даже мне они в этом цикле Карины Деминой надоели горше карасину!!!!

  
  

  
  — Это все сложно. Дела у него пошли хорошо. Наверное, у него было, что предложить, иначе… нам пожаловали дом в столице. Поместье. Земли… да и вовсе… а после моя сестра… я всегда считала ее сестрой… стала царицей.

  И так весь текст!!!!!
  

  
  — Чутье… уж прости, но ему я верю больше, нежель дознавателям. Не было в ней честолюбия. Да и любила она сына… очень любила… но любовь эта глаза ей не застила. Понимала, что нет в нем того стержня, который и царство удержит, и самому удержаться позволит. А потому… получи Игнат корону, сломался б под тяжестью ее… нет, другого ей желалось. А ты мешал. И ныне понятно стало чем. Свиток не выкинул?
  
  — Нельзя. Не понимаешь? Нет, не понимаешь. Тугой ты, племянничек. — Кирей руку протянул и по лбу постучал. Не больно, но обидно получилось. И звук-то вышел густой, гулкий, что от колокола медного. — Если Жученя на девке этой женить, он у нас в первые ряды выбьется, к самому, почитай, престолу… а что, кровушки благословенной в нем есть, в детях же и поболе будет… нет… и прочие все, кого ни помани, сплошь дерьмо… только о власти и думать станут. Воду мутить. Смуту крутить… то ли дело ты… даже если захочешь на трон влезть, кто ж тебе позволит? Поверь, можно было б двоих отдать, она б и двоих тебе всучила… а так — одна. Все полегче.

  Вообще три цитаты принадлежат трем разным персонажам - помешавшейся боярыне, царице и азарскому царевичу. Разницу какую-то замечаете? Я - нет. Но такие рубленые фразы очень утомляют, явный перебор. Создается впечатление, что все персонажи не в состоянии сконцентрироваться на беседе. Все мысль куда-то уплывает... Уплывает... Уплывает..

  • "Преступление и наказание". Очень автор жалует такой прием: на любое преступление можно посмотреть с другой стороны и обелить самого ужасного преступника. Вот чародейка, которая запрещенной волшбой добилась богатства, красоты, престижа. Можно ее судить? А кому от этого плохо? Она ж, бедняжка, Богом обиженая, некрасивая, бесперспективная... Сирота горькая!!!! (от этого словосочетания у меня уже нервный тик, автор перебарщивает). А если аппетиты растут? Если для волшбы посложнее требуется уже человеческая кровь? "А ты предлагаешь мне ее убить?" - заявляет патриарх семьи, тот самый, что топит байстрюков налево-направо, лишает магии собственных дочерей и пр. Какое человеколюбие! И откуда прорезалось!!!! Сама злодейка же и вовсе как Раскольников с бабкой-процентщицей - "бедная я бедная, мне нужнее, всех под нож!", но с таким же протяжным философствованием "я - не тварь дрожащая, я право имею, это все вокруг твари".

  и".

?!

Безнаказанность порождает еще более чудовищные преступления, но даже помешанные персонажи в книге пассивны до неприличия. Никто не может прервать эту цепочку зверств, даже обезумевшая от горя мать, потерявшая не только ребенка, всю родню, но и надежду когда-нибудь родить, рассудок и так, по мелочи, веру в людей и мужа. Что ей терять? Она же безумна? Но никто не способен поступить импульсивно, ответить внезапной агрессией. Даже душевнобольные терпят и ждут, когда же Зося всех спасет, не иначе.

Вообще же меня больше всего раздражают постоянные причитания персонажей. Про "ноженьки не ходють, рученьки не носють", про "все люди звери, одна я в белом и в шоколаде", про "не срослось, не сложилось, но я все равно его/ее люблю" и т.д. и т.п. Создается впечатление такого кликушества, некой припадочности. Ни один персонаж не проживет и пяти минут без упоенного, прочувствованного, самозабвенного любования собственными страданиями.
Читаю дальше... Недолго уж осталось.