Рецензия на книгу
Поправки
Джонатан Франзен
wondersnow12 октября 2018 г.Воля дороги сосредоточена в рельсах.
«Греки, изобретатели танталовых мук и сизифова труда, одну пытку упустили из виду: покрывало самообмана, тёплое, мягкое одеяло, укутывающее страждущую душу, но всегда оставляющее что-то снаружи».Есть такие книги, которые приносят тоску, уныние, отвращение. "Поправки" определённо входит в их число. Книга мне понравилась, но она меня и разочаровала. Такие истории не могут не разочаровывать.
Семейные отношения – это всегда очень сложно. Постоянно слышу, что главное, чтобы в семье царила любовь, на этом, мол, всё строится, и каждый раз, слыша подобное, я мысленно закатываю глаза, потому что никакой любовью не спасёшь ни семью, ни близких, ни себя, если ты не умеешь слушать, говорить, сопереживать и понимать. Семья Ламбертов именно такая: они в той или иной степени любят друг друга, но они не говорят о своих чувствах и мыслях, они закрываются, они бегут. Они молчат. Они скреплены родственными узами, но на деле они чужаки друг другу, незнакомцы. Альфред, Инид, Гари, Чип, Инид – все они абсолютные эгоисты, которых заботят только собственные проблемы, но при этом они даже не думают о том, чтобы поделиться своими переживаниями с теми, кого называют своей семьёй. К сожалению, это слишком распространённая проблема. Многих волнуют лишь приличия, навязанные обществом стереотипы, они истерично пытаются следовать им, а в итоге... Что же их ждёт в итоге? Что это за жизнь-то такая у них в итоге складывается? Возможно, твои знакомые, коллеги и соседи восхищаются напускной красочностью и правильностью твоей жизни, но ты сам-то будешь счастлив, если постоянно будешь волноваться только об этом? Нет. И стоит оно того? Нет.
Первую половину книги я ненавидела абсолютно всех героев. Меня выводили из себя все эти люди, которые волнуются только о себе, которые пренебрежительно относятся к родным, которые отвращают своим поведением. Но где-то на середине я то ли смирилась, то ли что, но я начала относиться к Ламбертам иначе, я перестала их критиковать, а стала наблюдать за ними как бы со стороны. Возможно, дело в том, что я поняла, что же меня так сильно выводит из себя: их мысли, проблемы и поступки слишком сильно напоминали мне действия людей, которых я знаю. Нас окружают такие же люди, как Ламберты. Закомплексованные, закрытые, замученные. Да что уж там, каждый из нас в какой-то степени Ламберт. Без конкретики и отсылок к роману, просто хочется сказать, что все рано или поздно сталкиваются с внутренними конфликтами и семейными разборками, вопрос лишь в том, как мы с ними справляемся. Очень просто раздавать всем советы и разглагольствовать о правильности жизни, но как же сложно самому быть таким, как же тяжко порой открыться кому-либо, даже родному человеку. Но это нужно делать.
Этот роман восхитителен, этот роман омерзителен. В нём нет ничего выдающегося, он прост и тих, но именно этим он и страшен. Здесь показано то, о чём многие боятся говорить: о несчастливом браке, о жестокой старости, о гнетущих страхах, о давящей неуверенности. Читала я книгу долго, аж две недели, и каждый раз, берясь за чтение, я делала глубокий вдох, ибо знала, какой же отвратительной будет та реальность, в которую меня окунёт это произведение. Но это хорошо. Да, это хорошо. Потому что, знакомясь с такой простой, горькой, реалистичной (в какой-то мере, естественно) историей, ты обещаешь себе, что ты, в отличии от героев, не будешь так ошибаться, не будешь бежать от собственных проблем, не будешь молчать. Все обожают твердить, что изменить свою жизнь никогда не поздно, и это, конечно же, так, но дело в том, что время идёт, нет, не так, время бежит, и если ты понимаешь, что делаешь что-то не так, если ты чувствуешь, что ты несчастен, нужно что-то делать. Нужно вносить поправки. Нужно править свою жизнь, пока у тебя есть такая возможность. Нужно править свою жизнь, пока ты жив.
«Словно колос пшеницы, пробивающийся сквозь почву, мир двигался вперёд во времени, добавляя клетку за клеткой к внешнему своему краю, нагромождая миг на миг, а потому, если даже удастся застигнуть мир в его последнем, самом новом воплощении, нет никакой гарантии, что секунду спустя сумеешь ухватить его снова».10881