Рецензия на книгу
Её звали о-Эн
Томиэ Охара
DavidKomae9 октября 2018 г.Когда затворничество приятнее свободы
Жизнь о-Эн - реальная и трагичная, но достаточно типичная для феодальной Японии история. Как и о-Эн, так и все, что происходит вокруг нее, - все это пережитки политического строя и общественных отношений в стране тех времен, повторяющиеся из раза в раз, переходящие из семьи в семью.
В центре повествования - сильная и умная женщина, с юных лет обреченная на десятки лет заточения из-за деяний своего отца. Как и множество других женщин из знатных родов, о-Эн, несмотря на жизнь в очень стесненных условиях, получила блестящее конфуцианское образование, в частности изучала философию конфуцианской "южной школы", что стало главным строительным материалом ее характера. Ведь именно Юг Японии, где на протяжении феодальной истории страны развивалась философия свободолюбия, неподчинения старым порядкам и олицетворяющей их системе сегуната, стал двигателем революции 1868 года.
Общение со старшими братьями и ученым, на всю жизнь ставший для о-Эн человеком, к которому она стремилась всем сердцем, сделали из нее сильную и своенравную девушку, обладающую безграничным достоинством и умеющую держать себя независимо от любых обстоятельств. Высокое общество тех лет требовало от японок прежде всего быть высокообразованными личностями, а уже потом - женами и матерями. То, что о-Эн образована подобающим образом, видно и из ее поведения с другими, ее мыслей, умений, стремлений быть свободной и постигать науки, политику, того, как общение с ученым стало для нее главной отрадой в жизни.
Больше всего в этой повести, помимо очевидно бьющей мощным ручьем на протяжении всей книги чувственности и выразительности средств писательницы Томиэ Охара, мне понравилось то, что она сумела создать образ такой главной героини, счастья для которой я желал, наверное, больше, чем для себя самого. Все испытания, что выпали на ее долю, полное отсутствие свободы даже после выхода из заточения, зависть беднякам-крестьянам, которые, хоть и уступали во всем о-Эн, но были в отличие от нее по-настоящему свободны - все заставляло меня желать хорошей концовки для этой повести, несмотря на понимание общей динамики повествования, которое с каждым новым годом жизни о-Эн вне тюрьмы убеждало, что ничего хорошего ждать не придется.
"Ее звали о-Эн" для меня стала одним из любимых японских произведений. Преисполненным огромного уважения к писательнице, создавшей такую повесть, не могу просто не быть благодарным тому, что судьба свела меня с о-Эн и ее историей, укрепив в сердце желание однажды посетить те немногие места, по котором она прошлась. Сделать это, чтобы максимально понять о-Эн и хоть как-то еще разделить ее чувства.
7328