Рецензия на книгу

• 

  majj-s

  5 октября 2018

  Продолжение следует

  Parallel scaling. Yoking two oxen together instead of one. Two roggas together can do more than each individually. It works for obelisks, too, just… exponential. A matrix, not a yoke. Dynamic. So I need to figure out how to chain all of them together.
  Суть в том, что два вола в одной упряжке могут сделать больше, чем каждый в отдельности - параллельное масштабирование. Двое колдунов, объединивших усилия, тоже. А при работе с обелисками мощь возрастает по экспоненте, матрица не упряжь. Усиление. Теперь надо выяснить, как включить в цепь всех.
  

  Вторая часть "Разбитых земель" Норы К.Джемисин, удостоенная прошлогоднего "Хьюго" вслед за "Пятым сезоном", первой книгой цикла. Я не знаю, планировалась ли изначально трилогия или одиночный роман и продолжение родилось стихийно, отчасти стимулированное успехом фронтмена. Если судить по плодовитости писательницы, одарившей мир несколькими романными циклами и значительным количеством самостоятельных произведений, Муза гостит у нее часто и подолгу, а в муках рожать роман, который вынашивался семь или девять лет - не вариант Джемисин. Так или иначе, "Врата Обелиска" вышли в мир, продолжив триумфальное шествие по красной ковровой дорожке за самой престижной в мире фантастики премией.

  В целом это оказалось вполне на уровне. Интерес читателя к разбитому миру, где Отец Земля единственное божество; большая часть человеческой популяции регулярно гибнет в локальных апокалипсисах; люди выживают, объединяясь в коммы; колдунов ненавидят и преследуют, но их усилиями обороняются от мелких вспышек гнева Отца. К миру, в котором развивались автономные истории девочки Дамайи, молодой женщины Сайен и зрелой Эссан - интерес горел ровно, уверенно, не нуждаясь в дополнительном подогреве неожиданными сюжетными поворотами и можно было позволить себе без помех проводить магистральную линию, заручившись поддержкой полудюжины стандартных ходов, пускаемых литераторами в ход со времен Апулея.

  Тут будет:
  

  • чудесное спасение и временная амнезия одного героя, которого мы считали благополучно почившим;
  • неожиданная встреча этого очерствевшего душой человека с потерянной малышкой дочерью героини, к которой он потянется со всем пылом нерастраченной отцовской нежности;
  • внезапная встреча героини с еще одним бывшим любовником, которого все мы считали погибшим в финале первого романа, он не умер, оказывается, больше того - посвятит последние часы земной жизни передаче ключевого знания об особенностях мироустройства и работе с энергиями;
  • замечательные успехи, которые малютка продемонстрирует в овладении мастерством под руководством (см.п.1), несомненно, ей предстоит стать величайшим магом;
  • сомнения, которые читатель начинает питать, относительно действительного происхождения девочки: да полно, в самом ли деле отец ее этот пентюх Джийя? А может быть колдун-рекордсмен Алебастр? Или даже жестокий страж Шаффа? (салют мюзикл Mamma Mia) А может сперма особо могущественных колдунов обладает особым действием, позволяя программировать последующие беременности избранных женщин на вынашивание детей с особыми магическими способностями?;
  • понимание, которое осеняет малышку Нассун - это не мама была такой жестокой, когда сломала ей руку, заставляя контролировать магические способности через боль - это здесь со всеми так делают (не мы такие, жизнь такая), а следовательно, мама хорошая, папа плохой, а следовательно;
  • ой, что она сделает с папой!

  В целом, книга интересная, яркая, наполненная множеством приключений, масштабная до эпичности, многофигурная, насыщенная сложными психологическими схемами межличностных, парных, групповых социальных отношений. Взыскующего динамичных сцен одарит батальными, поклонников тарантиновских рек кетчупа - оторванными и отрезанными конечностями в кровавой юшке, зараженного аллиенманией -извивающимися каменными паразитами, внедренными в плоть обычных людей. Скучно не будет, точно. И еще руки, Джемисин, наверняка Близнецы, если не по солнечному знаку, то уж точно с асцендентом в этом созвездии, имеющем руки одним из символов. По количеству сломанных (и сросшихся), оторванных (и заново восстановленных) рук ее книги бьют все мыслимые рекорды.

  Но это не роскошь первого романа, как по мне. Начинаю читать третий, по нему, взявшему все возможные призы текущего года, стану судить о трилогии в целом.