Рецензия на книгу

• 

  Delfa77710 сентября 2018 г.

  Джекил и Хайд. Античный вариант.

  Ну и книга! Глыбище! Подкараулит тебя, поймав на крючок стародавнего интереса к античным мифам, вывернет наизнанку, придавит тяжестью несовершенства мира, стряхнет нафталин с твоей совести и заставит держать на плечах Землю. И не убежать от разворачивающихся на страницах романа драм, потому что закрыть книгу, не дочитав, совершенно не возможно. Не отвернуться от поднятых тем, они продолжают тревожить днями напролет не замолкающим эхом. Даже закрыв глаза, ты продолжаешь видеть неотвратимость и беспощадность выпавшего Герою жребия. Не раскрутить, не разорвать сотканную Мойрами нить. Не переписать судьбу. Можно только встретить ее лицом к лицу. Бороться за возможность остаться человеком. Рассчитывать на любовь тех, кому ты дорог, как на последнюю соломинку. Научиться жить под острием невидимого меча. Исправлять ошибки, а не забывать о содеянном. Попытаться сделать этот мир милосерднее.

  В конце концов, повелевающие судьбами Олимпийцы - всего лишь семья. Отбери у них их божественные игрушки, останутся у них те же вздорность, амбициозность, нетерпеливость, обидчивость... То ссорятся, то мирятся, то любят, то ненавидят. Да что с них взять - каждый второй беспризорником рос. Кого коза воспитывала, кого - нимфы. Вот и выросли в богов с неустойчивой нервной системой. Что же, пусть развлекаются, покуда есть возможность. Пока в них еще верят. Не известно, будут ли лучше те, кто займет их место, которое, как известно, пусто не бывает. Где-то там, за облаками, на вершине своей священной горы собираются боги, чтобы играть жизнями людей. Не все снисходят до простых смертных без особой нужды, если не затеяли новых внутрисемейных разборок и не нуждаются в новом орудии. Разве что Лукавый. Во-первых, ему по должности положено. А во-вторых, он - неправильный бог. Понамешалось в нем

  
  земного, божественного, преисподнего; на Олимпе чужой, в Аиде не свой, на Пелионе – гость, в Фивах – соглядатай

  Ох, зря он со смертными связался. С ними поведешься, чего только не наберешься. То любить научат, то надеяться, а то и вовсе испытывать чувство вины. Ну где это видано, чтобы боги в поступках своих да решениях раскаивались? Ни к лицу это Олимпийцам. Не солидно. Не нуждайся в нем так Зевс-громовержец, давно бы прогнали взашей со священной горы. Семью только позорит. Одно слово - бродяга. Едва ли не с детства люблю этого шельмеца и всех его потомков. И, как мне кажется, Олди разделяют мое отношение к серому кардиналу Олимпа. Да и к остальным персонажам античных мифов - к богам ли, героям или простым смертным. Что, несомненно, добавляло удовольствия чтению! Уверена, любят авторы античность давно и крепко.

  Иначе, как им удалось бы создать такой убедительный мир. Полный боли и радости, изматывающей тревоги и заливистого смеха. Удивительный и очень жизнеподобный баланс светлого и темного, надежды и отчаяния, взлетов и падений. Ожившие герои мифов - это же отдельный вид счастья. Нечто подобное я встречала только в Мэри Рено - Тесей: Царь должен умереть. Бык из моря (сборник) . И сама история - сильная. Мощная. Такую захочешь - не забудешь. Только забывать не хочется, хочется возвращаться к ней и перечитывать. Даже если придется снова спуститься в Аид, где Старший ласково шепчет любимому племяннику: "Лети, малыш" - и снова возвращается к своим заботам. Надо проследить, чтобы все, вновь прибывшие, тени были с удобством размещены и воды испили, что дарует забвение. Чтобы ни одна душа не сбежала обратно в мир живых и не заняла тело, убив обитавшую в нем душу.

  А совсем рядом с Владыкой царства мертвых, рукой подать, беснуется безумие Падших. Как удержать свергнутых, не растерявших ни сил, ни коварства там, где они заточены? Одна надежда - на Героя. А самому Герою, попавшему в жернова желаний людей и богов, на кого надеяться? Что отцу прикажите делать, если сына с рождения прочат в величайшие герои, считают полубогом и жертвы приносят? Как матери принять жребий сына? Нет готовых ответов. Каждый должен сам их найти. И Герою, пожалуй, труднее прочих придется. Он с рождения разделен надвое - на ум и эмоции, на сострадание и безумие. Счастье, что половинки не враждуют друг с другом, а поддерживают. Но даже при этом условии, понадобиться целая жизнь, чтобы стать сгладились различия. Чтобы даже отец перестал различать где которая половина. Ну а те, кому от Героя нужны были только подвиги, с самого начала не различали. Потому и имя одно на двоих придумали. Имя для героя. Для того, который должен быть один. Он и есть один. Как автор у книги. Олди же вот - один. Или Дяченко - тоже один автор. Козьма Прутков один был. Да сколько их, таких одиночек история знала.

  Замечательная книга! В ней нашлось место для всего - для хороших шуток и для скорбного молчания, для приключений и для раздумий. Сколько раз подводили авторы своих персонажей к краю, давая повод вволю поволноваться. Устоит ли персонаж, удержится ли качнувшись? А если кто падал, так хотелось, чтобы поднялся и шел дальше. Извлекая уроки. Становясь лучше. Если я когда-нибудь решу написать воспоминания о том, как я читала Героя, то название "Так закалялась сталь" будет самым подходящим. Потому что кидало меня не раз из пламенного горна веселья в леденящий холод потерь и испытаний. Диапазон использованных мифов только усугубляло ситуация. Какое же обилие материала перелопатили Олди! Сколько деталей искусно вплели в сюжет, сколько нестыковок объяснили логично, сколько пропущенных моментов воссоздали. Мастера!

  77

  1,6K