Рецензия на книгу

• 

  bogdannovich28 августа 2018 г.

  Так писать, так рассказывать! Восторг и любовь моя навеки!

  Я люблю всё, что пишет Стивен Кинг. Я люблю его самого, всё его творчество. И вообще! Я к нему в книги прихожу, как в самое приятное и уютное место. И, как оказалось, не столь важно, истории это или просто слова самого автора.

  Хотя я и далека от того, чтобы писать книги. Даже маленькие истории, кажется, не совсем моё. Но мимо этой книги пройти не смогла. Сразу оговорюсь, что не зря! Потому что эта маленькая книжечка окажется по душе многим, особенно любителям Кинга.

  «Как писать книги» делится на две части. В первой рассказывается история жизни, да такая, которой, кажется, не со всеми знакомыми осмелишься поделиться. Настолько правдиво, ярко, громко и по-свойски, что я стала любить Стивена Кинга от этой открытости ещё сильнее. Он впускает в свой мир. Не боится общаться. Говорить. Делиться. А во второй части слова к действию, приправленные историями из жизни.

  Эта рецензия будет катастрофически маленькой в сравнении с цитатами из книги. И я этому безумно рада. Потому что зашли вы сюда не за моими словами, а за тем, чтобы понять, стоит ли прочитать книгу. Ну а если вы уже на моей стороне, то с удовольствием перечитаете мысли любимого автора ещё раз.

  Мне как бы уже и не хочется больше ничего говорить. Просто протянуть книгу с широкой улыбкой и горящими глазами. Если вдруг она попадёт в руки начинающему автору, то произойдёт волшебство. Ведь Кинг – он невероятен. Так писать, так рассказывать! Восторг и любовь моя навеки!

  Приятного прочтения! Его история дает шанс поверить в то, что в этом мире возможно всё! И Ка – оно есть, если вы понимаете, о чем я.

  
  

  Хорошие идеи рассказов приходят в буквальном смысле из ниоткуда, падают прямо на голову среди ясного неба: две совершенно отдельные мысли сцепляются вместе, и под солнцем возникает что-то новое. Ваша работа не искать эти идеи, а узнать их, когда они появятся.

  Если пишешь (книги, или картины, или лепишь, или поешь – все равно), кто-нибудь обязательно попытается тебе внушить чувство стыда за это.

  … но что вообще в школе хорошего? Когда нас туда швыряют как заложников в турецкую баню, школа кажется нам самым важным делом на свете. Только после третьего или четвертого класса мы начинаем понимать, какой это вообще идиотизм с начала до конца.

  Когда пишешь вещь, ты рассказываешь её сам себе, … когда переписываешь, главная твоя работа – убрать все, что к вещи не относится.

  … пиши при закрытой двери, переписывай при открытой.

  … бросать работу, потому что она трудна для эмоций и воображения, не стоит. Иногда надо продолжать, даже если очень не хочется, а иногда хорошая работа получается даже тогда, когда кажется, будто перекидываешь дерьмо лопатой в сидячем положении.

  А девчонки не просто издевались над Доди – они её ненавидели. Доди – это было все то, чем они боялись быть.

  Конечно, журавль в небе, но на то и ночь, чтобы мечтать.

  Жизнь – это не поддерживающая система для искусства. Все совсем наоборот.

  Я – не здесь, я в другом месте, в подвале, где много света и ясных образов. Это место я строил для себя много лет. … Если вы построите себе такой наблюдательный пункт, вы, может быть, поместите его на верхушку дерева или на крышу Центра всемирной торговли, а то и на обрыве Большого Каньона.

  … нельзя подходить к чистой странице равнодушно.

  Пассивного залога надо избегать.

  Наречие вам не друг.

  … хорошо писать – это значит избавиться от страхов и неестественности.

  Писательство есть соблазнение. Приятный разговор – часть соблазнения. Если это не так, почему столько пар начинают ужином вечер, который кончается в постели?

  Если хотите быть писателем, вам прежде всего нужно делать две вещи: много читать и много писать.

  Если у вас нет времени читать, то нет времени (или инструментов), чтобы писать.

  … продумывание сюжета и спонтанность истинного творчества несовместимы.

  … вещи не пишут, они сами пишутся.

  Я ставлю группу персонажей (или пару их, или даже одного) в трудную ситуацию и смотрю, как они будут выпутываться.

  … как часто нам сообщают сведения, без которых мы бы отлично обошлись.

  Кино должно существовать уже в черновике.

  Я уже говорил, что нам часто приходится слышать: «Знаешь, это так потрясающе (или так ужасно/странно/забавно)… просто описать не могу!» Так вот, если вы хотите добиться успеха как писатель, вы должны мочь описать, да еще и так, чтобы у вашего читателя мурашки побежали по коже от узнавания.

  Человек должен знать свои пределы.

  Пусть Легиону Приличия не нравится слова «насрать», но иногда на него натыкаешься – никогда ребенок не прибегал к матери сообщить, что маленькая сестренка «испражнилась» в ванну. Он может сказать «покакала» или «сделала по-большому», но боюсь, что, вероятнее всего, прозвучит слово «насрала» (у маленьких кувшинов – большие уши).

  Конечно, есть люди, которые не хотят слышать правду, но это уже не ваши проблемы. Нельзя хотеть быть писателем и не хотеть говорить правду.

  Я считаю, что лучшие произведения всегда оказываются о людях, а не о событиях, то есть ими двигают характеры, а не ситуации.

  И важно ещё помнить, что в жизни никто не бывает «отрицательным персонажем», или «лучшим другом», или «шлюхой с золотым сердцем». В жизни каждый из нас считает себя главным героем, протагонистом, важной шишкой, камера на нас смотрит, подруга.

  Моя работа … –добиться , чтобы действия этих вымышленных людей помогали развитию сюжета и при этом казались нам достоверными в свете того, что мы об этих людях знаем (конечно, и того, что мы знаем о жизни).

  … упражнения бесценны … , а честность – незаменима.

  На всех читателей всегда не угодишь, даже на часть читателей всегда не угодишь, но можно угодить на часть читателей иногда.

  … начинать с вопросов и идейных соображений – рецепт создания плохой литературы. Хорошая литература всегда начинается с темы и развивается к идее, почти никогда не бывает наоборот.

  … делать не менее двух черновых вариантов – один с закрытой дверью кабинета и один с открытой.

  Сколько времени дать книге вылежать – как тесту, чтобы взойти, - зависит только от вас, но я считаю, что это должно быть минимум шесть недель.

  Всегда проще убивать чужих любимых, чем своих.

  Я думаю, что у каждого романиста есть свой идеальный читатель, и в различные моменты работы над сюжетом автор думает: «Интересно, что он скажет, когда прочитает вот это?» Для меня первом читателем всегда была моя жена Табита.

  Хич (Альфред Хичкок) говорил, что хочет летать, Альма (жена Хичкока) отвечала: «Сперва доешь яичницу».

  Впустить в свое произведение весь мир вы не можете, но можете впустить тех, кто значит больше всего.

  Формула: второй вариант = первый вариант – 10 %.

  В основном работа сопровождалась физической болью и сомнениями в себе.

  Я писал, потому что не писать не мог.

  … это делалось ради причуды. Ради чистой радости самой работы. А если можешь что-то делать для удовольствия, то это ты сможешь делать всегда.

  Самый страшный момент – это как раз перед началом. После этого может быть только лучше.

  Писательство – это не зарабатывание денег, не добыча славы, женщин и друзей. Это в конечном счете обогащение жизни тех, кто читает твою работу, и обогащение собственной жизни тоже. Оно чтобы подняться вверх, достать, достичь. Стать счастливым, вот что. Стать счастливым.

  Правило: «Много писать и много читать».

  И напоследок маленький списочек произведений от автора к прочтению (они не включены в приложение после книги, но мне показались полезными).

  "Элементы стиля" УильямСтрэнк-младший, Э.Б.Уайт
  "Ребекка" Дафна Дюморье
  "Глаза, привыкшие к темноте" Барбара Вайн
  "Свет в августе" Фолкнер
  "Ярость", "Долгая Прогулка", "Бегущий человек" Стивен Кинг
  "Мактиг" Фрэнк Норрис

  1

  126