Рецензия на книгу
Волчицы
Буало и Нарсежак
Clickosoftsky4 мая 2011 г.По ту сторону двери тихо скрипнул паркет. Кто-то стоит там, за дверью. Весь обратившись в слух, стараясь двигаться бесшумно, ты приникаешь к двери. Всё, что ты можешь расслышать сквозь оглушительный стук собственного сердца — чьё-то осторожное дыхание да слабый шорох одежды. Кто там? О чём он думает? Чего хочет? На что он способен: разрушить твою жизнь, уничтожить тебя самого?
В кино жанр триллера подразделяют на три поджанра: саспенс, собственно триллер и хоррор. Если применить эту классификацию к книгам, то «Волчицы» Буало-Нарсежака — безусловно, саспенс, причём самого высокого разбора. Томительное ощущение пропитывающего всё необъяснимого страха завораживает, не даёт оторваться от книги… Равными по силе воздействия произведениями этого жанра могу назвать романы «Ловушка для Золушки» и «Дама в очках, с ружьём и на автомобиле» Себастьена Жапризо, «Вилла «Белая лошадь» (она же «Конь Блед») Агаты Кристи и «Та, которой не стало» Буало-Нарсежака.
Франция. Период оккупации. Из лагеря для военнопленных сбегают друзья Бернар и Жерве. Впрочем, друзья — это громко сказано. Бернар, говорун и оптимист, с упорством и энергией муравья тащит за собой слабовольного нытика Жерве к своей «крёстной по переписке» Элен, надеясь найти там «и стол, и дом». В самом начале романа Бернар погибает в результате несчастного случая на железнодорожных путях. Жерве, у которого за душой ничего, кроме давнего преступления, в чём он не желает признаться даже самому себе, решает занять его место — стать Бернаром. Мрачный и таинственный дом сестёр Элен и Аньес становится для него настоящей ловушкой…
В детективе-саспенсе чаще всего до самого конца непонятно, кто же является преступником, а кто — жертвой. В «Волчицах» таких пар несколько, и связи эти причудливо перетекают одна в другую. Кому придётся хуже всех, становится ясно задолго до финала, но именно эта заключительная часть, переполненная безысходностью и неотвратимостью — пожалуй, самая жуткая.
Перечитывая «Волчиц», обратила особое внимание на сцену, предшествующую гибели Бернара. Самый тёмный предрассветный час, густой туман, прорезаемый лишь расплывчатыми сигнальными огнями, лязганье железной дороги, поезд, выскакивающий из мрака словно у самого лица — всё это является ключом к роману, задаёт его тон, берёт читателя в плен, чтобы не выпускать до последней страницы.851,3K