...его сердце затруднялось биться, но все же он надеялся жить в будущем хотя бы маленьким остатком сердца; однако по слабости груди ему приходилось во время работы гладить себя изредка поверх костей и уговаривать шепотом терпеть.
И, решив скончаться, он лег в кровать и заснул со счастьем равнодушия к жизни.
- Зачем же он был? - Не быть он боялся.
Жизнь лошади уменьшалась все дальше, сумев дважды возвратиться - на боль и еду. Затем ноздри ее уже не повелись от сена, и две новые собаки равнодушно отъедали ногу позади, но жизнь лошади еще была цела - она лишь беднела в дальней нищете, делилась все более мелко и не могла утомиться.