да ведь всеобщая необходимость жить, пить и есть, а полнейшее, научное, наконец, убеждение в том, что я не удовлетворить этой необходимости без всеобщей ассоциации и солидарности интересов, есть, кажется, достаточно крепкая мысль, чтобы послужить опорной точкой и "источником жизни" для будущих веков человечества, - заметил уже серьезно раз горячившийся Ганя.
Необходимость пить и есть, то есть одно только чувство самосохранения...
Да разве мало одного только чувства самосохранения? Ведь чувство самосохранения - нормальный закон человечества...
Кто это вам сказал? - крикнул вдруг Евгений Павлович. - Закон - это правда, но столько же нормальный, сколько и закон разрушения, а пожалуй, и саморазрушения. Разве в самосохранении одном весь нормальный закон человечества?