Ницше расплылся в широкой... «Когда Ницше плакал»

• 

  HudsonRiver

  6 января 2011

  В друзья

  Ницше расплылся в широкой улыбке и ответил, по­трясая пальцем в воздухе: «Именно! Наконец вы сами сказали это! Точная формулировка проблемы! А почему нет роста? Более полезных мыслей? Вот на что был наце­лен вопрос, который я задал вам вчера перед самым ва­шим уходом: о чем бы вы думали, если бы не уделяли все свое время этим чужеродным мыслям? Прошу вас, от­киньтесь назад, закройте глаза и попробуйте вместе со мной провести умственный эксперимент. Давайте заберемся куда-нибудь высоко, может, на вершину горы, и посмотрим вокруг вместе. Там, далеко, мы видим человека, и человек этот не только умен, но и чувствителен. Понаблюдаем за ним. Вероятно, когда-то он заглянул слишком глубоко в ужас своего существова­ния. Может, он слишком много увидел! Может, ему до­велось столкнуться с прожорливыми челюстями времени, или с собственным ничтожеством — он всего лишь пес­чинка, — или с быстротечностью и непредсказуемостью. Его страх был острым, ужасным, но однажды он вдруг узнал, что страсть ослабляет страх. И он впустил страсть в свой разум, и страсть, беспощадный противник, вскоре завладела всеми остальными его мыслями. Но страсть не умеет думать, она жаждет, вспоминает. Итак, человек начал перебирать похотливые воспоминания о Берте, ка­леке. Он перестал смотреть вокруг, все свое время он тратил на свои сокровища: воспоминания о том, как двигались пальцы Берты, ее губы, как она раздевалась, как разговаривала, заикаясь, как ходила, прихрамывая. И вскоре все его существование было поглощено этими мелочами. На широких бульварах его сознания, созданных для парада благородных идей, скопился мусор. Сначала он еще помнил о том, что когда-то в его голове бродили великие мысли, но со временем это воспомина­ние поблекло и вскоре совсем исчезло. Исчезли и его страхи. Осталась только растущая тревога, словно он упустил что-то. Сбитый с толку, он начал разгребать за­валы мусора в поисках причины тревоги. И вот что мы видим сегодня: он копается в отбросах, словно в них скрывается ответ. Он даже предлагает мне составить ему компанию!» Ницше замолчал, ожидая ответа Брейера. Молчание. «Скажите, — спросил его Ницше, — что вы думаете о человеке, которого мы видим?» Молчание. «Доктор Брейер, что выдумаете?» Брейер сидел молча, с закрытыми глазами; казалось, слова Ницше загипнотизировали его. «Йозеф, Йозеф, что вы думаете?» Приходя в себя, Брейер медленно открыл глаза и по­вернулся к Ницше. Он так и не произнес ни слова. «Разве вы не видите, Йозеф, что проблема вовсе не в том, что вы ощущаете дискомфорт? Да какое значение имеют напряжение и давление в груди? Разве кто-нибудь когда-нибудь обещал вам, что все будет хорошо? Вы плохо спите? И что с того? Вам кто-нибудь говорил, что вы бу­дете хорошо спать? Нет, проблема не в дискомфорте. Про­блема в том, что не те вещи вызывают у вас дискомфорт!.»

  15 понравилось

  3,3K