— Я её не портила! — закричала мартышка. — Это не я!
— Мартышка, — сказал попугай, — не отпирайся! Отпираться бесполезно!
— И запираться! — добавил слонёнок. — Запираться тоже, по-моему, бесполезно!
— Я не запираюсь и не отпираюсь! — закричала мартышка. — И я не портила погоду. Почему вы думаете, что это я её испортила?
Слонёнку стало жаль мартышку, и он сказал:
— Попугай, а может, это не она?т
— А кто? — спросил попугай.
— Ну ты же сам говорил, что это, наверно, кто-то другой. Так, может, это и правда кто-то другой.
— Слонёнок, — строго сказал попугай, — мартышка и есть этот самый кто-то другой.
— Я не кто-то другой! — закричала мартышка. — Я мартышка!
— Попугай, — убедительно сказал слонёнок, — кто-то другой — он и есть кто-то другой. А она мартышка. Сам посмотри!
— Посмотри! Посмотри! — закричала мартышка и стала поворачиваться к попугаю разными сторонами, чтоб он убедился.
Попугай поглядел на мартышку и убедился, что она действительно мартышка.
— В таком случае, — сказал попугай, кто-то другой— это удав. Это он испортил нашу погоду.
— Не может быть! — удивился слонёнок. — Это на него не похоже.
— Очень похоже! — сказал попугай.
— Зачем это ему? — не поверила мартышка. — Зачем удаву портить нашу погоду? Она была такая хорошая. Тёплая, сухая.
— Вот! Вот! — воскликнул попугай. — Сухая! В том-то и дело! Когда погода сухая — всё твёрдое. И ползать по твёрдому твёрдо. Вот удав и испортил погоду, чтоб она стала мокрая. И теперь ему ползать мягко. Теперь он ползает по мокрой погоде.
— А где он ползает? — спросила мартышка.
— В каком-нибудь укромном уголке! — сказал попугай. — Испортил погоду и теперь, конечно же, скрывается. От нас.