Он вспомнил, какое ощущение... «Отзвук»

• 

  Loreen

  31 января 2026

  В друзья

  Он вспомнил, какое ощущение близкой опасности и мрачного уныния возникло у него в далекие, но, кажется, и не такие уж далекие, годы войны. Он, молоденький солдат, в горах Кавказа. Армия рвалась к бакинской нефти. Но на пути встали горы. Крутые, устремленные в небо, они ледовыми вершинами угрюмо и грозно глядели на чужестранцев в зеленых шинелях и касках. Солдат Ункер каждой своей клеточкой чувствовал их враждебность и понял, может быть, раньше других, что ничего хорошего их, незваных гостей, здесь не ждет. «Завоевать Кавказ, захватить!» — взывали приказы. Но эти слова здесь, среди застывших каменных изваяний, рядом с которыми человек сам себе казался песчинкой, выглядели до смешного напыщенными. Стремясь выполнить приказ, дивизия пошла на штурм гор, но пули и снаряды смяли их, сбрасывали вместе с камнепадом в узкие ущелья целые роты. Ункеру казалось, что это не эхо отзывалось в утесах, а окутанные туманом горы насмехались над чужестранцами, их потугами вскарабкаться на перевал. А горцы? В этом осетинском ауле остались лишь старики, женщины и дети, но и они смотрели на пришельцев не со страхом, не с покорностью перед их силой, как это бывало в других странах. Внешне спокойный взгляд черных, карих, голубых глаз из-под густых вразлет, как крылья птиц, бровей таил в себе столько скрытой силы и непримиримости, что казалось, один неосторожный шаг, поступок, и ты будешь испепелен, уничтожен вмиг. Солдатам твердили: постарайтесь ладить с горцами. Они старались, но в ответ не получали ничего, кроме молчания. Выслушав солдата, старательно выговаривавшего русские слова, старик делал вид, что не понимает и, постукивая ноздреватой от извлеченных сучков палкой, неторопливо шел мимо. И на лице не было и тени страха, что в спину ему последует автоматная очередь, — то ли делали вид, что не боятся, то ли с презрением относились к такому повороту судьбы. Среди солдат ходили слухи, что кавказцы очень мстительны, смывают кровь кровью, убийцу стараются покарать даже ценой собственной жизни. То ли это сдерживало немцев, то ли степенность, достоинство стариков, но Ункер видел, что, хотя у многих руки так и чесались, — в этом ауле никто не посмел выстрелить в жителей.

  1 понравилось

  2