Зачем и кто их навесил на гагаринский МиГ — об этом следовало бы написать отдельную книгу; версий предостаточно. Так или иначе, Серегин, который был испытателем этой модели, знал, что баки — это проблема и с ними нельзя вводить машину в искусственный штопор. Нельзя — но МиГ уже был в штопоре (именно в штопоре: «Если бы самолет беспорядочно падал, он бы затратил большее время, а если бы пикировал, то развил бы значительно большую скорость»(14)). Тем не менее Гагарин с Серегиным не сидели сложа руки, они пытались выйти из спирали — и вышли: смогли остановить вращение самолета, что и подтверждает угол, под которым срезаны верхушки берез: самолет не пикировал носом — тогда бы он срубил одно-два дерева, а срезал верхушки аж четырнадцати, потому что «шел на просадке — то есть они его выводили, и им не хватило всего 1,5–2 секунды, чтобы вывести самолет из этого положения» (15). 200–300 метров. Именно на эти 200–300 метров у них, по-видимому, еще и врал бортовой баровысотомер — еще одна книга про почему врал; то есть они думали, что у них есть еще эти 300 метров (и поэтому не катапультировались) — а их не было. Вообще, «ситуация эта была чрезвычайно скоротечной» (4): весь процесс — от последнего радиообмена Гагарина с землей до взрыва — занял менее минуты, секунд 55.
Tatyana93430 января 2026Зачем и кто их навесил на гагаринский МиГ — об этом следовало бы написать отдельную книгу; версий предостаточно. Так или иначе, Серегин, который был испытателем этой модели, знал, что баки — это проблема и с ними нельзя вводить машину в искусственный штопор. Нельзя — но МиГ уже был в штопоре (именно в штопоре: «Если бы самолет беспорядочно падал, он бы затратил большее время, а если бы пикировал, то развил бы значительно большую скорость»(14)). Тем не менее Гагарин с Серегиным не сидели сложа руки, они пытались выйти из спирали — и вышли: смогли остановить вращение самолета, что и подтверждает угол, под которым срезаны верхушки берез: самолет не пикировал носом — тогда бы он срубил одно-два дерева, а срезал верхушки аж четырнадцати, потому что «шел на просадке — то есть они его выводили, и им не хватило всего 1,5–2 секунды, чтобы вывести самолет из этого положения» (15). 200–300 метров. Именно на эти 200–300 метров у них, по-видимому, еще и врал бортовой баровысотомер — еще одна книга про почему врал; то есть они думали, что у них есть еще эти 300 метров (и поэтому не катапультировались) — а их не было. Вообще, «ситуация эта была чрезвычайно скоротечной» (4): весь процесс — от последнего радиообмена Гагарина с землей до взрыва — занял менее минуты, секунд 55.
17 понравилось34