И до и после полета Гагарин несомненно осознавал — как абстракцию — свой класс (рабоче-крестьянский пролетариат) и свою касту (офицер-воин) и вел себя так, как требовали соответствующие кодексы поведения. Психологическая драма его души состояла в том, что, добившись максимального из возможных личного успеха, имея представление об индивидуалистической эгоцентрической этике и пережив эмансипацию от некоторых классовых и кастовых принципов, он — даже после того, как увидел свой гигантский портрет на фасаде Исторического музея [32], — не стал культивировать в себе ощущение собственной исключительности и чувство отчуждения от вознесших его масс, не дистанцировался от них, а, наоборот, где только мог, проявлял солидарность с ними; имея возможность преодолеть силу классового притяжения и оказаться в зоне, свободной от всяких ограничений, Гагарин — еще раз подчеркнем: сознательно — выбрал этику другую, коллективистскую, общинную, государственническую.
Tatyana93423 января 2026И до и после полета Гагарин несомненно осознавал — как абстракцию — свой класс (рабоче-крестьянский пролетариат) и свою касту (офицер-воин) и вел себя так, как требовали соответствующие кодексы поведения. Психологическая драма его души состояла в том, что, добившись максимального из возможных личного успеха, имея представление об индивидуалистической эгоцентрической этике и пережив эмансипацию от некоторых классовых и кастовых принципов, он — даже после того, как увидел свой гигантский портрет на фасаде Исторического музея [32], — не стал культивировать в себе ощущение собственной исключительности и чувство отчуждения от вознесших его масс, не дистанцировался от них, а, наоборот, где только мог, проявлял солидарность с ними; имея возможность преодолеть силу классового притяжения и оказаться в зоне, свободной от всяких ограничений, Гагарин — еще раз подчеркнем: сознательно — выбрал этику другую, коллективистскую, общинную, государственническую.
13 понравилось35