Было ли что-то подобное у Гагарина? Не повезло ли ему — как Лёлеку, Болеку и Финдусу — наткнуться на первый королёвский спутник? Конечно, нет. На самом деле, на не слишком высоких орбитах аппарат не летает в космосе вечно, а в какой-то момент цепляется за земную атмосферу, притормаживает, опускается еще ниже — пока, наконец, притянутый земной гравитацией, не обрушивается на землю (сгорая, опять же, в атмосфере, если у него нет защитной термооболочки).
Таким образом, он не встретил там никого и ничего; потому что полетел туда, где не было никого и ничего; в никуда.
Произошло ли с ним — там — нечто драматическое? Вплоть до самого спуска — нет; ну, упустил карандаш, ну, пленка в магнитофоне кончилась, перемотал не до конца, подумаешь; но каждую секунду могло произойти такое, что хватило бы на три сценария. Оставим сейчас на минуту в покое основную тему (знаете-каким-он-парнем-был) и подумаем про другое: знаете-что-этому-парню-там-грозило? Мы даже не станем рассматривать пресловутый «кирпич на голову» (притом что в космосе никакого кирпича не надо — в корабль, летящий на скорости 28 тысяч км/час, врезается однограммовый метеорит — который тоже не просто болтается посреди нигде, а движется, например, еще быстрее, происходит микровзрыв — и возникает дыра метр в диаметре; это если однограммовый; и в этом сценарии нет ничего слишком невероятного).