Она выпрямилась на подушках, огромная, массивная, и посмотрела зятю прямо в глаза.
– Филипп, давайте поговорить начистоту, – начала она. – Как по-вашему, наследница престола, крошка Жанна Наваррская, рождена от Людовика или от любовника Маргариты?
Филипп Пуатье в раздумье потер подбородок.
– Мой дядя Валуа утверждает, что она незаконнорожденная, – ответил он. – Да и сам Людовик, кажется, придерживается того же мнения, недаром он отдалил от себя девочку. А другие, как, например, мой дядя д'Эвре или герцог Бургундский, считают ее законнорожденной.
– Если с Людовиком произойдет несчастье, а он ведь не особенно-то крепок здоровьем, это по всему видно, вы будете вторым по праву наследования. Но если крошка Жанна Наваррская будет объявлена незаконнорожденной, в чем мы все уверены, вы станете первым и взойдете на престол. Вы созданы царствовать, Филипп.
– При том условии, если новая супруга короля, прибывшая из Неаполя, не поспешит принести моему брату наследника.
– Если только он способен произвести его на свет, что весьма сомнительно. И если у него на это хватит времени.