Коснемся немножко Османской... «Струна истории»
ViktoriyaBradulova4 июля 2025•Видна всемКоснемся немножко Османской Турции. Она возникла в результате пассионарного толчка XIV в., который прошел вот таким вот образом (Л. Н. Гумилев показывает на географиче-ской карте. — Ред.), через Москву, Крым, Малую Азию, вот здесь мимо Египета, до Абиссинии*
Как видите, и турки, и русские - народы сравнительно молодые. Всего только по 600 лет они прожили. И Турция сначала росла как тесто на дрожжах.
Первые турки, которые основали могущество будущей Турецкой империи, - это была кучка беглецов из Средней Азии — туркменов (наших советских туркменов), которые убежали от монголов и, обратившись к местным сельджукским султанам, попросили места для поселения. Иконийский султан разрешил им поселиться на окраине своих владений, около места Бурс, вот тут (Л. Н. Гумилев показывает на географиче-ской карте. — Ред.), а Икния — вот тут, на границе с Никейс-кой империей, впоследствии восстановленной Византией.
И они начали, подобно крестоносцам, священную войну за мусульманскую веру — джихао, и пригласили всех желающих принять в ней участие. Со всего мусульманского Востока стеклись пассионарные товарищи, которые готовы были сражаться за святую веру ислама до тех пор, пока у них сабля не затупится, и до тех пор, пока они не получат достаточное количество богатства и жен, потому что на Востоке жены тоже считаются, так сказать, большим достижением.
Им выдавались на захваченных ими землях очень маленькие участки для сельского хозяйства, назывались они тимары.
Это такая усадьба, где семья обрабатывает садик сама, но ти-марит обязан был приходить вооруженным на собственном коне, с собственным оружием и служить в конном войске.
Тимариотами становились и черкесы, и курды, и какие-то еще не разложившиеся арабы, и в большом количестве сельджу-ки, туркмены, иногда даже европейские ренегаты, татары из Крыма - кто угодно. Каждый, кто произносил исповедание ислама, становился турком, а если он хотел служить в армии, то становился тимариотом, то есть он воевал и не платил налоги, потому что налог он платил своей кровью.
Но, вы понимаете, это был уже XIV век, когда потомки
Эртогрула - Осман и особенно Урхн, перенесли свои военные действия в Европу. В это время одной конницей было не обойтись. Нужна была пехота. И тогда они создали новое войско (новый - «янг», а войско - «чариг») — то, что у нас называется янычары. Войдя в Европу, на Балканский полуостров, турки стали брать у завоеванных болгар, македонян, сербов и греков дань мальчиками в возрасте от 7 до 14 лет. Мальчиков обраща-ли в ислам, очень хорошо кормили, обучали: богословию, так сказать, закону Божьему — закону Аллаха, потом - военному делу и делали из них пехоту. Жили они в казармах, имели котлы, из которых ели совместную кашу, очень вкусную кашу им делали, сытную. Часть их служила в артиллерии, часть - в пехоте. Это была самая лучшая пехота, не уступавшая лучшей в то время в Европе швейцарской пехоте.
Атаки рыцарской европейской конницы на рядах янычаров захлебывались, так же как персидские кызылбаши* ( Кызылбаши (тюркск. красноголовые) - объединение тюркских кочевых племен в Иране, составлявших главную военную силу шаха Исмаила I в созданном им государстве Сефевидов. Отличительный знак воинов кызылбаши - чалма с 12-ю красными полосами. не могли прорвать строй янычар). Боевое товарищество у них было изумительно крепкое, несмотря на то что это были ребята не только из самых разных областей, но даже из разных этносов.
Сербы, болгары, греки, македоняне, албанцы, валхи, то есть румыны - все могли попасть в янычары, надо было быть христианином, обращенным в ислам. Потом-то они уже стали жениться, семьи заводили, но ночевали у себя в казармах (только с отпускными ходили к женам), и ели из общего котла, и представляли надежнейшую и вернейшую силу султана.
Но и без флота нельзя. Раз уж они вышли на Средиземное море, то нужен был флот. На флот набрали авантюристов по всему Средиземному морю. Это были итальянцы, и греки, и берберы. Приезжали, понимаете ли, и датчане, норвежцы, которые нанимались в турецкий флот, а поскольку у них не было ni foi, ni loi (то есть ни веры, ни закона, ни совести - ни-чего), то они охотно переходили в мусульманскую религию.
Они вообще не имели никакой веры, и христиане были, так сказать, механические.
И они образовали корсарский, пиратский флот на Средиземном море, который свирепствовал так, что Испания дрожала, Франция еле-еле держалась, берега Италии постоянно подвер-гались нападениям, и плавание по Средиземному морю было делом очень сложным. До XIX в. существовали эти корсарские города — пираты, базировавшиеся на Тунис, Алжир, Оран и другие порты, вот здесь (Л. Н. Гумилев показывает на географиче-ской карте. - Ред.), ну и, конечно, на порты Востока.
Наиболее знамениты были два полководца. Один носил название Барбаросса - «рыжая борода», Хайреддин (1466-
1546. - Ред.) его звали, а по происхождению он был грек с острова Наксос. А другой назывался Еульдж Али, происхождение его темное, кажется, из берберов, он был знаменитейший полководец. Его переименовали из Еульдж, то есть «маро-дер», в Клыч Али, то есть «меч». Но вообще-то он был самый натуральный мародер, хотя и исключительно талантливый адмирал. Испанский, венецианский, имперский флот, папский флот терпели поражения от этих головорезов. Вот так создался османский этнос, с турецким языком в основе, из совершенно разноплеменных субстратов. Объединяющим здесь была военная судьба, государственная судьба и политическое подданство при внешнем признаке - обязатель-ной вере в ислам. Но проверять этих людей, конечно, никто не мог. Они говорили, что они — мусульмане, но вино пили, водку пили, вообще говоря, особенно за ними никто и не следил.
Во время своих удачных походов они набирали огромное количество невольниц, которых делали своими женами, а их дети от этих разных невольниц пополняли армию.
Таким образом, Турецкое государство из маленького княжества вокруг Бурсы превратилось в европейскую держа-ву. Вот они турецкие владения (Л. Н. Гумилев показывает на географической карте. - Ред.): Марокко нет, превратилось в совершенно новую державу, называемую Турцией или на их языке Высокая Порта. Сами себя они называли не турки, а муслим (мусульмане). А турками считалось туркменское население внутренней части Малой Азии, где были два или даже три мусульманских государства, завоеванных этими османами довольно поздно - в XV в., уже после того как они захватили Константинополь.
Причем, надо сказать, что настоящие турки сопротивлялись этому завоеванию со страшной силой. И когда их подчинили, то их тоже заставили служить в войске, но в качестве неполноправных, легковооруженных вспомогательных воинов - акинджи, которые употреблялись, так сказать, для посылок, для грабежа, для рейдов каких-то, для производства работ, транспортировки или земляных работ, когда нужно было. То есть их эксплуатировали и их не уважали.
Эти турки, которых мы называем османами (а они себя - муслим), - это был совершенно особый этнос. Он прошел все фазы этногенеза, о которых мы говорили, за исключением фазы обскурации. Он дошел до инерционной фазы. Вот тогда,
— когда внутренняя пассионарность этих потомков пер-
воначальных богатырей и ренегатов была растрачена;
когда это все было разбавлено огромным количеством европейских авантюристов, поступавших на службу к турецким султанам и тоже менявших свою религию, которой у них, вообще говоря, и не было, - становившихся турками; когда османское хозяйство разваливалось от неудачных войн с Россией. Это была единственная страна, которая побивала турок. Австрийцев (в 1521 г. взят Белград, с 1533 г. платят дань, по договору 1547 г. центральная часть Венгрии под управлением Турции. - Ред.) и итальянцев (1463-1573. - Ред.) турки били, как хотели, а наши захватили Крым (1771. - Ред.) и побережье Черного моря (1774)
Войны, которые стоили дорого, были неудачными. Оттоманская империя постепенно стала разлагаться не только от войн, но и от безобразного ведения хозяйства. Поскольку из крестьян выжимали все соки, то крестьяне вели хозяйство хищнически, и в этом «Благодатном полумесяце», который в древности кормил огромное количество народов, появлялось все больше бросовых земель. А крестьяне бежали в города, тоже входили в бандитские шайки на море и на суше, потому что это им было выгоднее, чем сидеть дома, копаться в земле и подвергаться постоянным оскорблениям и ограблениям со стороны чиновников — чужих для них и непонятно откуда взявшихся, которые хотя и назывались турками, но происходили то из поляков, то из немцев, то из итальянцев, то из французов - из кого попало, кто только захотел себе обвить чалмой голову.
Кончилось это страшной катастрофой в XIX в., когда турки вдруг сообразили, что им чего-то не хватает. — Де-нег! Откуда их взять? Оказывается, есть очень легкий способ — взять в долг. И они стали брать в долг раз, два, три на покрытие чрезвычайных расходов. А чрезвычайных расходов у них было огромное количество после побед Румянцева1, Суворова2, Кутузова3 , а также Дибича4, который дошел до Адрианополя, - вообще, масса расходов была. Кончилось это дело тем, что долг-то они оплатить не могут. И тогда французское правительство пошло навстречу своей французской буржуазии и сказало: «Ну, и ладно, мы сами для вас взыщем этот долг» (Им было выгодно, чтобы деньги переливались во Францию), ввело флот в Эгейское море (1901. - Ред.) и по-требовало: таможни на всех портах, разработки соли и других полезных ископаемых, как концессии, в общем, право сбора налогов, где угодно, пока они не вернут долг.
Итак, Турецкая империя, огромная страна оказалась колоссом на глиняных ногах. Она начала разваливаться и падать. А «патриоты» поехали в Париж и стали там обучаться европейской культуре и цивилизации. Побыв некоторое время в Париже, они возвращались совершеннейшими французами и пытались устроить у себя какое-то подобие такого бонапартовского режима или даже республиканского. Это были младотурки. Кончилось дело тем, что эти младотурки произвели революцию (1908. - Ред.), низвергли султана Абдул Гамида, заключили его под стражу и вступили в мировую войну на стороне Германии. И после войны они были разбиты и уничтожены. Хорошего в их управлении не было ничего, хотя они обещали всем свободу, но кончилось это жуткой резней, когда около миллиона армян были вырезаны турками, заявившими, что, вообще говоря, армяне против этого режима. А они действительно были против, потому что никакие недостатки старой организации исправлены не были, и те армяне, которые 500 лет жили под гнетом турецких султанов, богатели, жирели и размножались со страшной силой, населяя даже Америку, — они были жесточайшим образом этими либералами убиты (1915-1916. - Ред.). Турцию вот-вот должны были оккупировать войска Антанты. Англо-французы заняли Константинополь (1918. - Ред.), греки - Смирну и пошли в глубь Турции. И тут случилась регенерация.
Акматическая фаза кончилась у них в XVI в., с XVII по ХХ в. шел инерционный период. Оказалось, что те турки, которые жили около Константинополя, около Эгейского моря, они действительно никуда не годны. Они могли только пить кофе, курить трубки, беседовать на любые темы — о погоде, о политике, о городских сплетнях, - но защищаться они совершенно не умели.
А вот эти дикие, обиженные всеми туркмены внутренностей Малой Азии сохранили свой пассионарный запас, потому что их никуда не брали, и пассионарные юноши оставались у них дома. И приходилось им уныло пасти овец, ссориться с соседними армянами (хотя до резни не доходило), заводить семьи и размножаться. И когда Кемаль-паша поднял их на войну против захватчиков (1919. - Ред.) - англо-французов и греков, то они очень быстро выгнали их из своих пределов и восстановили Турцию в тех границах, которые вы видите сейчас.
Пассионарность сгорела в самом Стамбуле, но не в провинциях.
То же самое произошло в Аравии, но тут доминанта была другая. Арабов подняли против турок (1916, Хиджаз. - Ред.), и они, не имея возможности сражаться с регулярной армией, парализовали турецкие тылы и дали возможность англичанам захватить Палестину (в 1917 г. взят Иерусалим. - Ред.) и продвинуться от Бсры на север в Месопотамию (1915. - Ред.), то есть разгромить турок. Сделал это один из полковников английской разведки — Лоуренс, который был настолько способный востоковед и так выучил арабский язык, что арабы принимали его за своего. И одевался он, как араб. Он просто дал им доминанту, но импульс-то у арабов оказался тоже сохраненным в начале XX в., и они — рванули! И добились самостоятельности, потому что подчиняться туркам им было очень неприятно.
Примечания:
1 Румянцев-Задунайский П. А. (1725-1796) - граф, генерал-фельдмаршал. В русско-турецкой войне 1768-1774 одержал победы при Рябой Могиле, Ларге и Кагуле (1770).
2 Суворов А. В. (1729-1800) — выдающийся русский полково-дец, генералиссимус. Во время русско-турецких войн (1768-1774 и 1787-1791) одержал победы при Козлудже (1774), Фокшанах (1789), Рымнике (1789) и штурмом овладел крепостью Измаил (1790).
3 Кутузов М. И. (1745-1813) — генерал-фельдмаршал, участник русско-турецких войн. Отличился при штурме Измаила. В русско-турецкую войну 1806-1812 гг. командовал Молдавской армией, одержал победы под Рущуком и Слободзеей, заключил Бухарестский мирный договор.
4 Дибич-Забалканский И. И. (1785-1831) — русский генерал-фельдмаршал, главнокомандующий русскими войсками в русско-турецкой войне 1829 г.
Лоуренс Томас Эдуард (Лоуренс Аравийский; 1888-1935) — анг-лийский разведчик, с 1916 г. работал в арабских странах. Разрабатывал идею захвата Ближнего Востока и создания на арабских территориях «цветного доминиона» в составе Британской империи.
1 понравилось29
