ПЕРЕВОДЫ СЕРЕБЯРЯНОГО ВЕКА... «Ворон»
Tatyana93430 апреля 2025ПЕРЕВОДЫ СЕРЕБЯРЯНОГО ВЕКА И ДОВОЕННОГО ПЕРИОДА (1890-1936) Перевод Дмитрия Мережковского (1890)11
Погруженный в скорбь немую и усталый, в ночь глухую, Раз, когда поник в дремоте я над книгой одного Из забытых миром знаний, книгой полной обаяний, – Стук донесся, стук нежданный в двери дома моего: "Это путник постучался в двери дома моего, Только путник- больше ничего". В декабре-я помню-было это полночью унылой. В очаге под пеплом угли разгорались иногда. Груды книг не утоляли ни на миг моей печали- Об утраченной Леноре, той, чье имя навсегда- В сонме ангелов-Ленора, той, чье имя навсегда В этом мире стерлось- без следа. От дыханья ночи бурной занавески шелк пурпурный Шелестел, и непонятный страх рождался от всего. Думал, сердце успокою, все еще твердил порою: "Это гость стучится робко в двери дома моего, "Запоздалый гость стучится в двери дома моего, Только гость – и больше ничего!" И когда преодолело сердце страх, я молвил смело: "Вы простите мне, обидеть не хотел я никого; "Я на миг уснул тревожно: слишком тихо, осторожно, – "Слишком тихо вы стучались в двери дома моего…" И открыл тогда я настежь двери дома моего- Мрак ночной, – и больше ничего. Все, что дух мой волновало, все, что снилось и смущало, До сих пор не посещало в этом мире никого. И ни голоса, ни знака – из таинственного мрака… Вдруг "Ленора!" прозвучало близ жилища моего… Сам шепнул я это имя, и проснулось от него Только эхо – больше ничего. Но душа моя горела, притворил я дверь несмело. Стук опять раздался громче; я подумал: "ничего, "Это стук в окне случайный, никакой здесь нету тайны: "Посмотрю и успокою трепет сердца моего, "Успокою на мгновенье трепет сердца моего. Это ветер, – больше ничего". Я открыл окно, и странный гость полночный, гость нежданный, Ворон царственный влетает; я привета от него Не дождался. Но отважно, – как хозяин, гордо, важно Полетел он прямо к двери, к двери дома моего, И вспорхнул на бюст Паллады, сел так тихо на него, Тихо сел, – и больше ничего. Как ни грустно, как ни больно, – улыбнулся я невольно И сказал: "Твое коварство победим мы без труда, "Но тебя, мой гость зловещий, Ворон древний. Ворон вещий, "К нам с пределов вечной Ночи прилетающий сюда, "Как зовут в стране, откуда прилетаешь ты сюда?" И ответил Ворон: "Никогда". Говорит так ясно птица, не могу я надивиться. Но казалось, что надежда ей навек была чужда. Тот не жди себе отрады, в чьем дому на бюст Паллады Сядет Ворон над дверями; от несчастья никуда, – Тот, кто Ворона увидел, – не спасется никуда, Ворона, чье имя: "Никогда". Говорил он это слово так печально, так сурово, Что, казалось, в нем всю душу изливал; и вот, когда Недвижим на изваяньи он сидел в немом молчаньи, Я шепнул: "как счастье, дружба улетели навсегда, Улетит и эта птица завтра утром навсегда". И ответил Ворон: "Никогда". И сказал я, вздрогнув снова: "Верно молвить это слово "Научил его хозяин в дни тяжелые, когда "Он преследуем был Роком, и в несчастьи одиноком, "Вместо песни лебединой, в эти долгие года "Для него был стон единый в эти грустные года – Никогда, – уж больше никогда!" Так я думал и невольно улыбнулся, как ни больно. Повернул тихонько кресло к бюсту бледному, туда, Где был Ворон, погрузился в бархат кресел и забылся… "Страшный Ворон, мой ужасный гость, – подумал я тогда- "Страшный, древний Ворон, горе возвещающий всегда, Что же значит крик твой: "Никогда"? Угадать стараюсь тщетно; смотрит Ворон безответно. Свой горящий взор мне в сердце заронил он навсегда. И в раздумьи над загадкой, я поник в дремоте сладкой Головой на бархат, лампой озаренный. Никогда На лиловый бархат кресел, как в счастливые года, Ей уж не склоняться- никогда! И казалось мне: струило дым незримое кадило, Прилетели Серафимы, шелестели иногда Их шаги, как дуновенье: "Это Бог мне шлет забвенье! "Пей же сладкое забвенье, пей, чтоб в сердце навсегда "Об утраченной Леноре стерлась память-навсегда!…" И сказал мне Ворон: "Никогда". "Я молю, пророк зловещий, птица ты иль демон вещий, "Злой ли Дух тебя из Ночи, или вихрь занес сюда "Из пустыни мертвой, вечной, безнадежной, бесконечной, – "Будет ли, молю, скажи мне, будет ли хоть там, куда "Снизойдем мы после смерти, – сердцу отдых навсегда?" И ответил Ворон: "Никогда". "Я молю, пророк зловещий, птица ты иль демон вещий, "Заклинаю небом. Богом, отвечай, в тот день, когда "Я Эдем увижу дальной, обниму ль душой печальной "Душу светлую Леноры, той, чье имя навсегда "В сонме ангелов-Ленора, лучезарной навсегда?" И ответил Ворон: "Никогда". "Прочь!- воскликнул я, вставая, – демон ты иль птица злая. "Прочь!- вернись в пределы Ночи, чтобы больше никогда "Ни одно из перьев черных, не напомнило позорных, "Лживых слов твоих! Оставь же бюст Паллады навсегда, "Из души моей твой образ я исторгну навсегда!" И ответил Ворон: "Никогда". И сидит, сидит с тех пор он там, над дверью черный Ворон, С бюста бледного Паллады не исчезнет никуда. У него такие очи, как у Злого Духа ночи, Сном объятого; и лампа тень бросает. Навсегда К этой тени черной птицы пригвожденный навсегда, – Не воспрянет дух мой- никогда!
12 понравилось189
