Если фашизм чему-то нас и научил, так это нашей восприимчивости к демонизации стереотипов и уродливой притягательности таких эмоций, как чувство праведности, а также страх, зависть и отвращение, которые они в нас разжигают. В нашем технофеодальном мире интернет приближает вас вплотную к внушающему страх и отвращение «другому», сует его вам прямо в лицо. И поскольку онлайн-насилие кажется бескровным и безобидным, мы с большей вероятностью ответим этому «другому» в сети насмешками, обсценной лексикой и сарказмом. Фанатизм — это эмоциональная компенсация технофеодализма за разочарования и тревоги, которые мы испытываем в связи с утратой идентичности и способности фокусироваться. Модерация комментариев и запрещение использования языка ненависти не остановят это, потому что это неотъемлемая часть облачного капитала, алгоритмы которого оптимизируются для облачной ренты, которая течет обильнее из ненависти и недовольства.
TanyaUhova20 апреля 2025Если фашизм чему-то нас и научил, так это нашей восприимчивости к демонизации стереотипов и уродливой притягательности таких эмоций, как чувство праведности, а также страх, зависть и отвращение, которые они в нас разжигают. В нашем технофеодальном мире интернет приближает вас вплотную к внушающему страх и отвращение «другому», сует его вам прямо в лицо. И поскольку онлайн-насилие кажется бескровным и безобидным, мы с большей вероятностью ответим этому «другому» в сети насмешками, обсценной лексикой и сарказмом. Фанатизм — это эмоциональная компенсация технофеодализма за разочарования и тревоги, которые мы испытываем в связи с утратой идентичности и способности фокусироваться. Модерация комментариев и запрещение использования языка ненависти не остановят это, потому что это неотъемлемая часть облачного капитала, алгоритмы которого оптимизируются для облачной ренты, которая течет обильнее из ненависти и недовольства.
4 понравилось257