Я не сообразил, проспал я... «Убить некроманта»
Knigofiloff21 марта 2025Я не сообразил, проспал я несколько часов или целые сутки, — потому что засыпал днём и проснулся днём. Разве что, судя по тому, как слипались мои глаза, это был тот же самый день. И в пасмурном сером свете этого дня я увидел ангела.
Бледного ангела в костюме пажа Ричарда Золотого Сокола. Хрупкую фигуру в вишнёвом бархате — существо неописуемой и необъяснимой прелести. Я видел ангела впервые в жизни, он был именно так холодно и строго прекрасен, как и полагается ангелам. Я решил, что сплю, и влюбился до боли в груди, не успев проснуться окончательно и сообразить, что смертным и грешникам даже думать о подобных вещах недопустимо.
А между тем ангел, непонятно зачем мне явившийся, молча взирал на меня очами цвета вечерних небес — и тёмная прядь выбилась на его белый лоб из-под дурацкого берета с соколиным пером. И эти синие очи и тёмная прядь что-то мне напомнили, но я не успел понять, что именно, потому что ангел заговорил.
— Я вижу, что помешала вам спать, — сказал он огорчённо. — Вы очень устали. Мне жаль.
Вот тут-то я и проснулся по-настоящему.
— Смерть и бездна! — воскликнул я. — Что вы здесь делаете, государыня Магдала?
Вся моя блажь моментально слетела — бесследно. Дар мигом превратился в клинок, нацеленный ей в грудь. Хладнокровный ангел, у которого хватило храбрости приехать сюда в одиночку, верхом — я уже увидел живую лошадь, привязанную к чахлой берёзе, — в мужском костюме, пройти мимо вставших мертвецов к явному и смертельному врагу… Полагаю, у такого ангела может быть яд в перстне, стилет в рукаве и любая мыслимая западня на уме.
Магдала выглядела как человек, который ни перед чем не остановится.
— Так что вам нужно? — спрашиваю. Не то чтобы по-настоящему грубо, но с особами королевской крови, тем более — дамами королевской крови, так не разговаривают.
— Я хотела поговорить с вами, Дольф, — ответила Магдала. Точно в тон. — У меня не было возможности говорить во дворце, поэтому я здесь.
— Говорите, — разрешаю. А что ещё ей скажешь? — Любопытно.
На её ледяном лице мелькнула некая тень. Непонятная. То ли насмешка, то ли мгновенная злость, но тут же исчезла. У Магдалы было самообладание девы-вампира.
— Значит, будете слушать, а вдобавок — вам любопытно, что скажет женщина?
И сказано это было с расстановкой и с каким-то отравленным жалом за словами. С горечью. И я совсем перестал понимать.
— Мне кажется, — говорю, — вы здесь не для того, чтобы на коленях вымаливать какие-то выгоды для Ричарда. Вы выглядите слишком разумно для такой дурости.
Хамлю.
И вдруг Магдала улыбнулась. И улыбка получилась уже не вампирская и не ангельская, правда, и не женская — просто человеческая. Без тени кокетства. Без тени смущения. Открытая улыбка честного бойца.
— Это верно, — сказала она. — Я не такая дура. Напротив, я попыталась бы убедить мужа выполнить ваши условия, если бы допускала мысль, что он может прислушаться к моему совету.
— По-моему, вы годитесь в советники, — говорю. — Честно. Я бы прислушался.
Магдала снова улыбнулась. Открыто и горько. И странно — потому что эта улыбка уже не вписывалась совсем ни в какие рамки.
— Вы уважаете женщин, Дольф? — говорит. — Вашей жене очень повезло.
Остатки понимания окончательно улетучились.
— Магдала, — говорю, — моя жена так не считает, мой двор тоже так не считает, не забудьте также и ваш двор, который тоже считает иначе. Зачем вы это сказали?
— Вы уважаете женщин? — повторяет.
— Я, — говорю, — уважаю тех, кто этого заслуживает. Я вас не понимаю, но вы не унижаетесь. И то, что вы делаете, — безрассудно, но отважно. Вас — уважаю. Вы это хотели знать?
На её лицо снова нашла эта тень. Теперь — медленно, и я хорошо её рассмотрел. Это оказалось презрение, невероятное презрение! Но, хвала Всевышнему, обращённое не ко мне, а куда-то вдаль. И когда Магдала заговорила, её голос тоже был полон презрения:
— Я хотела вам сообщить, Дольф… Всё они примут. Они ещё побегают и помашут кулаками, но примут. Я говорю о Совете. И Ричард примет — куда он денется? Вы, вероятно, заметили, в каком он состоянии, Дольф? Он только в истерике не бился после вашего ухода. Он просто никак не может понять простейшей вещи: появилось нечто, над чем он не властен.
5 понравилось29
