Я ощущаю себя попутчиком, лишним пассажиром, посаженным к посторонним в тесное купе. Ехать мне на самом деле никуда не надо, направления я не знаю, за окном проносятся неприветливые виды погруженной в ночь окраины незнакомого города. Умещаюсь со своими пакетами в проходе и жду. Терпения мне не занимать, и я не понимаю, почему некоторым оно в тягость. Спустя время уже ложусь на чью-то полку, на чужое место, где и нахожу себя. Без удивления, без любопытства — принимаю все как должное. Проводник во время очередного дежурного обхода принесет свежую газету, где в подвале последней страницы, там, где мелким шрифтом публикуется хроника, я прочитаю новость о собственной смерти. Она меня озадачит, ведь я даже не подозревал, что когда-то жил.
mashkamon23 февраля 2025Я ощущаю себя попутчиком, лишним пассажиром, посаженным к посторонним в тесное купе. Ехать мне на самом деле никуда не надо, направления я не знаю, за окном проносятся неприветливые виды погруженной в ночь окраины незнакомого города. Умещаюсь со своими пакетами в проходе и жду. Терпения мне не занимать, и я не понимаю, почему некоторым оно в тягость. Спустя время уже ложусь на чью-то полку, на чужое место, где и нахожу себя. Без удивления, без любопытства — принимаю все как должное. Проводник во время очередного дежурного обхода принесет свежую газету, где в подвале последней страницы, там, где мелким шрифтом публикуется хроника, я прочитаю новость о собственной смерти. Она меня озадачит, ведь я даже не подозревал, что когда-то жил.
2 понравилось333