– Что же это, машина понадобилась тебе, вероятно, к твоему новому галстуку?
– спросил подошедший Ленц.
– Заткнись, – ответил я и отодвинул его в сторону.
Но он не отставал.
– А ну, покажись-ка, деточка! – он ощупал шелковую ткань галстука. – Великолепно.
Наш ребенок становится записным пижоном. Похоже, что ты собираешься па смотрины
невесты.
– Сегодня ты, фокусник-трансформатор, меня не разозлишь, – сказал я.
– Смотрины невесты? – Фердинанд Грау поднял голову. – А почему бы ему и не
присмотреть себе невесту? – Он оживился и обратился ко мне: – Так и поступай, Робби. Это
по тебе. Для любви необходима известная наивность. У тебя она есть. Сохрани же ее. Это
дар божий. Однажды утратив ее, уже не вернешь никогда.
– Не принимай всѐ это слишком близко к сердцу, – ухмылялся Ленц. – Родиться
глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.
– Молчи, Готтфрид, – Грау отмел его в сторону одним движением своей могучей
лапищи. – О тебе здесь нет речи, обозный романтик. О тебе жалеть не придется.
– Валяй, Фердинанд, высказывайся, – сказал Ленц. – Высказаться – значит облегчить
душу.
– Ты симулянт, – заявил Грау, – высокопарный симулянт.
– Все мы такие, – ухмыльнулся Ленц. – Все мы живем только иллюзиями и долгами.
– Вот именно, – сказал Грау, поднимая густые клочкастые брови, и по очереди оглядел
всех нас. – Иллюзии от прошлого, а долги в счет будущего. – Потом он опять повернулся ко
мне: – Наивность, сказал я, Робби. Только завистники называют ее глупостью. Не обижайся
на них. Это не недостаток, а, напротив достоинство.
Ленц попытался что-то сказать, но Фердинанд уже продолжал снова:
– Ты ведь знаешь, что я имею в виду: простую душу, еще не изъеденную скепсисом и
сверхинтеллигенгностью. Парцифаль был глуп. Будь он умен, он никогда не завоевал бы
кубок святого Грааля. Только глупец побеждает в жизни, умник видит слишком много
препятствий и теряет уверенность, не успев еще ничего начать. В трудные времена
наивность – это самое драгоценное сокровище, это волшебный плащ, скрывающий те
опасности, на которые умник прямо наскакивает, как загипнотизированный. – Он сделал
глоток и посмотрел на меня огромными глазами, которые, словно куски неба, светились на
его изборожденном морщинами лице. – Никогда не старайся узнать слишком много, Робби!
Чем меньше знаешь, тем проще жить. Знание делает человека свободным, но несчастным.
Выпьем лучше за наивность, за глупость и за всѐ, что с нею связано, – за любовь, за веру в
будущее, за мечты о счастье; выпьем за дивную глупость, за утраченный рай!
lilyamalyhina159 апреля 2024– Что же это, машина понадобилась тебе, вероятно, к твоему новому галстуку?