— Ненарушимость святыни... «Этика»
HeftigeTreue12 июля 2023— Ненарушимость святыни домашнего очага? Конечно, впишите ее в законы! Кричите о ней везде, во всю мочь! - мудрецы из среднего сословия. -
Нам вовсе не желательно, что-бы полиция врывалась к нам в дома и заставала нас врасплох. Но зато мы учредим тайную полицию, чтобы надзирать за подозрительными людьми; мы наводним страну, и особенно рабочие собрания, соглядатаями; мы составим списки опасных людей и будем зорко следить за ними.
И когда мы узнаем, что дело плохо, что наши кошели в опасности, будем действовать смело! Нечего тогда толковать о законности: будем хватать людей ночью, в постели; все обыщем, все разнюхаем! Главное в таком случае смелость! И если глупые законники начнут протестовать, мы и их арестуем и скажем:
«Ничего, господа, не поделаешь, - война так война!» - и вы увидите, что все «порядочные люди» будут за нас.
— Тайна почтовой переписки? Конечно, говорите везде, кричите на торжищах, что вскрывать чужие письма — самое ужасное преступление. Если какой-нибудь почтмейстер вскроет чужое письмо – под суд его, злодея! Мы вовсе не хотим, чтобы кто- нибудь смел проникать в наши маленькие тайны.
Но зато, если до нас дойдет слух о каком-нибудь заговоре против наших привилегий, тогда не взыщите. Все письма будем вскрывать, назначим на это тысячи чиновников, если нужно, и если кто-нибудь вздумает жаловаться, мы ответим прямо, цинично, как недавно ответил один английский министр на запрос ирландского депутата: «Да, господа, с болью в сердце я должен признать, что мы вскрываем ваши письма. Но мы делаем это исключительно потому, что государство (т.е. дворянство и буржуазия) в опасности!»
Вот к чему сводятся, политические права.
Свобода печати и сходов, святость домашнего очага и т. д. существуют только под условием, чтобы народ не пользовался ими против привилегированных сословий.
В тот же день, когда народ начинает пользоваться ими, чтобы подрывать привилегии правящих классов, все эти так называемые права выкидываются за борт, как ненужный балласт. Иначе оно быть не может. Права человека существуют лишь постольку, поскольку он готов защищать их с оружием в руках.31
