— Я люблю смердящие трупы под твоим небом, потому что это трупы твоих детей, я люблю твоих иссушённых зноем старух в воронково-чёрных платках, я люблю твоих неистовых мужчин, твоих женщин с прозрачными лицами, — говорил Аркаша, целуя и орошая Испанскую Землю слезою страсти.
— Ты, гордый Аркаша, вундеркинд земли русской, который ни перед кем ещё не стоял на коленях, — отвечала Аркаше Испанская Земля, — знай: ты — мой, я впускаю тебя в себя.
— Спасибо, пока не надо, — вежливо отказался Аркаша.
Послышался гул запоздавших самолётов, и гордому Аркаше пришлось-таки зарываться в Испанскую Землю.